Сага о Печатях. Пробуждение

Он думал, что с возрастом-то это должно пройти, но оказалось, кое-что остается неизменным. Во время редких споров с женой он, бывало, воспалялся, и вскоре его супруге приходилось выходить из комнаты, чтобы не пострадать. Порой эта особенность заставляла его ввязываться в ненужные передряги, но были в жизни ситуации, когда его горячая кровь решала исход битвы. Сражение под городом Рунион в этом плане было показательным. Те, кто видел, как он сражался в тот день, как рвало облака и молнии рассекали небо, с тех пор старались находиться с ним в хороших отношениях.

Ринтаче погасил Печать Алой Молнии. Всему свой час, и время для его вспыльчивости и импульсивности давно прошло.

Ринтаче ещё раз поднял со своего стола письмо, присланное ему из Академии за считанные часы до произошедшего. Душистая плотная бумага была исписана золотистыми линиями, которые складывались в витиеватое поздравление. Там было всего несколько строчек, — это было простое информационное письмо в стандартной формулировке, отправленное семьям учеников, прошедших процедуру Пробуждения.

Дело было в содержании письма. После заранее заготовленных строк значилось «…Пробуждение не принесло результатов…». Далее шли скупые соболезнования. Будь бумага столь же сухой, как эти утешения, она бы рассыпалась прямо в пальцах. Но нет, бумага была приятной и ароматной. Ринтаче долго, уже не в первый раз, смотрел на эти слова. И они все никак не менялись.

Дверь его кабинета открылась и на пороге появился мужчина, с виду ровесник Ринтаче, то есть человек уже немолодой.

Двое мужчин были равны не только по росту и крупному телосложению, но также имели одинаковый твердый взгляд людей, побывавших в суровых боях.

Ринтаче оставил письмо на столе и подошел к своему другу. Михаэль Эйджес приблизился к Ринтаче, и они крепко обнялись.

— Какие-то новости насчет учеников? — Первым делом спросил Ринтаче. Спрашивать о своем сыне с самого начала было бы совсем дурно. — Как… Серафима?

Эйджес взглянул в глаза друга. Ринтаче сразу ощутил на себе тяжелый взгляд Михаэля, к которому он привык за много лет, проведенных с ним на поле боя под одним флагом.

Эйджес тяжело вздохнул.

— Лучше, чем ожидалось. Она пришла в себя, и у нее целое море вопросов. Она пока не может использовать свою Печать, но мы наняли мастера Печати Души. Он пообещал, что, несмотря на сильные повреждения, которые понесла ее душа, скоро она сможет использовать свою силу и со временем полностью восстановится.

— Михаэль..