Наследство Ушедших

Свободные люди, все с ножами, всё божьим даром владеют.

В чём-то я Мяуна понимаю – с развлечениями в столице негусто. Просто слегка смущает возможность попасть под горячую руку. Поэтому я уточнил:

- Кто будет платить?

- За что? – уставился на меня Мяун круглыми глазами.

- Эти, - кивок головой, - сейчас подерутся. Могут задеть нас. Шатер попортят или вовсе порвут. За починку кто платить будет?

Морда у воина стала кислой.

- Вот надо было напомнить?! – он с тоской кинул последний взгляд на толпу, заметил в ней городских стражников, раздвигающей спорщиков тупыми концами копий, и со вздохом развернулся в другую сторону.

– Ладно, пошли.

Княжество сейчас переживает не лучшие времена. Не худшие, но и не лучшие. Корни нынешнего кризиса заложил прадед нынешнего правителя, Мал Ратшич. Тогда сменилась династия – предыдущего князя убили, из его рода кого вырезали, кто в закатные земли сбежал. Хмм… Мир другой, а на запад и тут бегут. Неважно. Новым князем избрали Мала. Княжеский стол, стол рода Сокола, беглецы прихватить с собой не успели, и сразу возник вопрос, что делать.

Прецедента не существовало.

Уничтожить стол никто не помышлял – святотатство же! Предложение спрятать подальше и поглубже на совете отвергли, потому что на столе приносились клятвы и не было уверенности, что эти клятвы продолжат действовать. То есть, к примеру, князь Краснова мог под предлогом того, что ныне соколиный стол не является княжеским, разорвать договор о ненападении, чего истерзанная войной страна не хотела.

В конце концов Мал был вынужден объявить о выходе из старого рода и взять стол себе. Теперь правит нами династия Сокола, вторая, по крови не имеющая никакого отношения к предыдущей.

Так как двумя столами род владеть не может, задумались, кому перейдет стол Ратши. По Правде выходило, что новым главой рода должен стать старший боярин из младшей ветви, но Мал попытался протолкнуть кандидатуру своего брата. Такое усиление княжеской власти никого из вятших бояр не прельщало, и попытка нового князя окончилась неудачей.

С тех пор между двумя ветвями сильнейшего рода страны, княжеской и боярской, пробежала глубокая трещина. То есть формально-то они принадлежат к разным родам, просто об их близком родстве все помнят. Как и о том, что, если Соколы вдруг исчезнут, именно у Ратшичей будет больше всех прав на их место.

При любом кризисе князья и Ратшичи находились в разных лагерях.