Вернуть Боярство 4

Младшие дети своих Родов, из числа не обладающих стоящим упоминания талантом, но при том имеющие богатых и влиятельных родителей со звучными фамилиями, они сейчас попросту растерялись, не зная, что сказать. Да и что они могли знать? План-то составлял сам генерал со своим штабом! Так чего с них-то теперь спрашивать?!

Эти мысли крутились на уме у всех молодых повес числом в двенадцать особ, присутствующих здесь, но в слух, разумеется, никто из них высказываться не стал. Одно дело надерзить средней руки офицеру, ну максимум, в пределах допустимого, огрызнуться какому-нибудь полковнику из числа не самых родовитых.

Другое — разозлить Архимага... Этот может и в пакость какую превратить, а то и проклясть сгоряча, и ничего ему за это не будет.

— Ваше Превосходительство, — осторожно подал голос начальник штаба третьего корпуса. — Да, всё идет несколько не так, как мы планировали, но брешь-то — вот она. Надо перебрасывать туда подкрепления, пока нолдийцы не собрались с силами и не скинули наших со стен.

Пётр Пузыня чародеем великих талантов не был, добравшись к шестидесяти лишь до Мастера, но генерал Багрянин ценил его больше любого из подчиненных ему Старших Магистров по той простой причине, что у него было самое главное для человека, который планировал и осуществлял тактику и стратегию боевых операций корпуса. А именно — мозги, чутье, дисциплинированность и глубокие познания в военном деле. А то дуболомов с магическими мускулами вместо мозгов итак хватало, а вот тех, кто мог использовать разум в таких важных вопросах — нет.

И потому Пётр был, пожалуй, единственным человеком среди присутствующих, кто мог не опасаться гнева своего высокого начальства.

— Кто у нас ближе всех? — взяв себя в руки, раздраженно бросил генерал.

— Насколько я вижу, это гвардия Рода Николаевых-Шуйских, приданная в усиление вашему родичу, полковнику Багрянину... И сам полк, насколько я вижу, с лучшими частями его бригады штурмует в другом месте, причем безо всяких успехов.

Предлагаю передать приказ полковнику перекидывать все наличные силы к Николаеву-Шуйскому, вместе с этим перебросив туда четверть... нет, лучше треть всего нашего резерва — и я имею ввиду не только пехоту и младших чародеев, господин генерал, но и один из кораблей с боевыми големами. «Кокетку», в частности.

— Но там главная наша ударная сила, — заметил Архимаг. — Бросать её лишь затем, что бы удержать не столь уж большой кусок стены...