Отвергнутые

— И это все?! — подавляя боль, взревел рыцарь.

— Это только начало, — с упоением произнес Сэдрик, медленно подходя ближе.

Последовательнице приходилось ничуть не легче. Чтобы сдерживать натиск вампиров, ей и ее спутникам приходилось постоянно перегруппировываться. Подоспевший Калеб оказал своевременную помощь. Как бы подозрительно Джейд ни относилась к вампиру, она не могла отрицать, что он был довольно полезен, когда дело доходило до битвы. Возможно, за это качество его и сочли достойным быть обращенным в вампира.

Но даже так положение охотников было чуть менее чем плачевным. Игнатий принял на себя уже не один удар, предназначавшийся Джейд, а Фауст был не в силах отогнать всех кровопийц. Носферату двигался быстро и атаковал тщательно выверенными ударами. Для своих атак он выворачивал руки и ноги под совершенно неестественными углами, но, похоже, он совсем не чувствовал от этого боли. По крайней мере, в привычном ее понимании. При любой возможности носферату пробовал укусить врага, чтобы напиться его крови. Это не на шутку деморализовало кровопийц. У них не укладывалось в голове, что они сами могут стать жертвами чьей-то жажды. Но Фауст не просто усиливал свое тело чужой кровью. Забирая кровь, он получал вместе с ней и отпечаток души жертвы. В этом он был схож с Пустым, но тому, в отличие от носферату, не требовался прямой контакт со своей целью. Зато Фауст перенимал практически весь опыт укушенного буквально за пару глотков. Некоторые особенно ценные навыки мертвец мог сохранить навсегда. Если древние вампиры были опасны, то древние носферату могли быть практически непобедимы. К несчастью, Фауст был еще не настолько могуч и его сил не хватало, чтобы сдержать всех вампиров. Его раны быстро затягивались, но гораздо раньше он успевал получить порцию новых травм. Тело Фауста не было живым, по его жилам не циркулировала кровь, он не мог умереть от ранения в сердце или голову. Но даже носферату не мог игнорировать сломанные кости и разорванные мышцы. Вдобавок сила рун на его посохе также истощалась. Фауст все реже отбрасывал врагов телекинетическими волнами, способными дробить кости. Улучив момент, носферату поменял набор рун на посохе, и навершие оружия окутала пелена нестерпимого жара. Вампиры, неготовые к таким резким переменам правил игры, падали на землю, вопя от нестерпимой боли. Одежда кровопийц вспыхивала, а тела покрывались ужасными ожогами. Плоть некоторых слезала до самых костей.