Наследник рода Раджат - 8

Астарабади тоже носился взмыленный, и я даже не спрашивал, что конкретно он делал. Суеты хватило на всех.

Когда наступила последняя ночь перед свадьбой, я, каюсь, вздохнул с облегчением. Как минимум этот дурдом остался позади.

Правда, невесты в постели не было даже после полуночи.

Я уже хотел было махнуть рукой и провалиться в сон, но решил, что это не дело. Встал, натянул штаны и спустился в гостиную. Угадал, Андана сидела в кресле и о чем-то негромко переговаривалась с Марной.

- Милые девушки, вам обеим пора спать, - негромко произнес я, привалившись плечом к косяку двери.

Они синхронно вздрогнули и повернулись ко мне. Это ж до какой степени нужно умотаться, чтобы совсем перестать отслеживать обстановку вокруг? У обеих ведь очень серьезная боевая подготовка.

- Шахар, мы… - начала было Андана, но тут же замолчала.

Я уже приблизился к ней, одним движением поднял из кресла и подхватил на руки.

- Хватит, милая, - улыбнулся я. – Вы обе уже сделали все, что могли. Вам осталось только выспаться, чтобы завтра нормально соображать.

Я бросил взгляд на Марну, и та серьезно кивнула.

- Шахар, мне надо еще… - запротестовала Андана, но договорить я ей не дал.

- Ничего не знаю, - фыркнул я. – Спать!

Андана вздохнула и расслабилась у меня на руках. Прижалась ко мне, обхватила за шею и уткнулась носом в плечо.

- Ну вот и умница, - усмехнулся я и повернулся к Марне. – Спокойной ночи.

- И вам, господин.

Я развернулся вместе со своей драгоценной ношей к лестнице и направился в спальню.

*****

С утра дом снова напоминал разворошенный улей.

К невесте начали стекаться женщины. От нас – Марна и Асан, от Дамаяти – жена главы рода и старшая племянница. Андана и подруг пригласила бы, - их у нее не много, но кто-то же был, - но мы и так все каноны нарушили. Большинство аристократов знало, конечно, что Андана давно живет у меня, но официально этот факт мы нигде не светили.

Первый этап свадьбы назывался мехенди. Он состоял в расписывании рук и ног невесты хной. Считалось, что этот ритуал учит невесту быть терпеливой, потому что нанесение всех этих сложных рисунков занимало очень много времени.

В древности – да и сейчас у простолюдинов, полагаю, - эти рисунки несли и другой смысл: пока они не смылись с кожи молодой жены, она не работает по дому.