Путь королевы

Ей вообще казалось странным, как можно веселится, когда вокруг творится такое. Но девушки оказались из добрых: поменяли пеленки и научили, как это делать самой. Так что в следующий раз ее величество была готова ко всякого рода неожиданностям.

## 9 Бой равен часу, стрелка – минуте.

Беженцы помогали кто чем мог: кто кусок хлеба отрежет, кто кружку молока парного нальет, кто ягодами свежесобранными угостит. Девушка давилась их угощениями и обещала самой себе, что никогда-никогда больше не допустит, чтобы в Эсилии был голод.

Эти милые и хорошие люди должны жить в своих деревеньках и городишках и им не придется никуда бежать от чумы и других напастей. Она клятвенно обещала себе, что впредь всегда будет предупреждать королевский совет о неурожайных годах и никогда больше не будет бренчать похабные песни на собраниях.

Как-то раз к Эйриэн подбежала маленькая девочка лет шести, сунула что-то теплое и мягкое в руку и убежала. Это оказалась обычная тряпичная кукла, какие крестьянки шили своим детям: с телом из грубого полотна розового цвета, в платье из более дорогих лоскутков, с волосами из конского волоса и лицом, разрисованным углем.

Кукла улыбалась глупой наивной угольной улыбкой, и малышка не испугалась ее, а, наоборот, даже улыбнулась в ответ, протянула свои розовые, как тельце куклы, ручки, вцепилась в подарок, и если его забирали, начинала плакать. Ту девочку королева больше никогда не встречала.

А перед сном возле общего костра начинались одни и те же разговоры, хотя компании, в которых девушка останавливалась на ночлег, каждый раз были новые.

«Эх, голод этот проклятущий, да еще напасть из-за границ, не к ночи будет помянута», – обязательно начинал кто-нибудь. «Да, – подхватывал следующий, – все эта… королева. Нечего ребенку страной-то править, мала еще эльфиечка наша». «Да нет, это не она, – вступался кто-нибудь, – эльфы всегда хорошо правили. Вот, поверьте мне, не королева за всеми нашими бедами стоит, а советники ее, точно вам говорю. Она еще не выросла конечно, вот они и дурят ей голову, законы вместо нее составляют, а ей только подписывать дают.

Вот, помяните мое слово, наша королева вырастет – она им еще такого покажет!» «Точно, точно, – соглашались все вокруг, – это советники. Никто не может сделать худшего зла человеку, чем другой человек».

«Нет! Неправда! – хотелось крикнуть Эйриэн. – Они не желают вам зла! Никто из них не желает вам зла, особенно Николо. Он все пытался исправить, он хороший, он очень хороший.