Путь королевы

Королева подозревала, что кто-то из его родителей был из расы зимы и, скорее всего, небесного происхождения, но точнее сказать не могла.

Кожа маэстро была бледной, почти белой, и слегка светилась изнутри легким перламутровым отливом, лишь губы розовели на молочном лице. Волосы переливались нежными серебристыми оттенками: светло-розовым, светло-голубым, светло-желтым. Они были настолько светлыми, что порой казались седыми. Большие, кристально прозрачные, словно у альбиноса, глаза сияли радугой, когда он поворачивал голову или просто менял положение взгляда.

Они темнели, когда маэстро был чем-то расстроен или плохо себя чувствовал. Но больше всего на жемчуг походили ногти и зубы Даниэля. Казалось, что их только что достали из раковин. Облачался он также в светло-жемчужные одежды. Сейчас на нем был колет с широкими рукавами кремово-молочного цвета, серебристые в обтяжку штаны и высокие сапоги из выбеленной тонкой кожи. Наряд был украшен жемчугом всевозможных оттенков, серебряной нитью и гаэрленскими кружевами.

– Посмотрите, кто пришел к нам на праздник! Белый Джим, ты должен быть доволен, – обратился маэстро к залу. Его мягкий бархатный голос без труда перекрыл шум в кабаке. Казалось, что звуки немедленно отдалились и приглушились, стоило ему начать говорить.

Все взоры обратились в сторону королевы. Ей ничего не оставалось, как поклониться, приветствуя собравшихся. Когда она выпрямилась, то получила хороший тычок в спину от тучного пожилого владельца «Веселого висельника».

– Сельба! Ты где так долго пропадала?! – искренне возмутился он и сгреб ее в свои могучие объятия.

Эйриэн всегда думала, что им с Марией неплохо бы познакомиться – отличная была бы пара, но не представляла, при каких обстоятельствах могла бы состояться их встреча. Ведь она – королевская стряпуха, а он, хоть и владелец трактира и тоже повар, но к тому же еще бывший пират с клеймом в форме якоря через всю щеку, который недвусмысленно выдавал его бывшую профессию.

– Да так, ездила туда-сюда по делам королевы и государства, – сдавленно проговорила девушка, пытаясь вдохнуть немного воздуха.

Когда объятия разжались, дышать стало не в пример легче.

– Налейте ей полную чарку, пусть выпьет за здоровье моего сына, – громко проговорил Белый Джим, подходя к эльфийке. И тоже поздоровался с ней, правда не так фамильярно, как Толстый Роджер, всего лишь на словах.

Сельба приняла из чьих-то рук полную до краев огромную кружку с элем. Все окружающие притихли, ожидая тоста новой гостьи.