Последний реанорец. Том XII – Часть II

Сучья кровь! Да что творится-то?

– Ладно, чувствую, что ты уже устал ждать, – начал тот вновь свою исповедь с виноватым видом, а его уверенный голос вдруг стал затихать. – Произошло случившееся лет двадцать пять назад, да и важно сейчас совсем не это. Но так уж вышло, что именно тогда я впервые попал в мёртвый мир и застрял там на три года.

Чего?! Ушам своим не верю! Мертвый мир?! Три года? Чтоб мне беспардонно сдохнуть! Он совсем сбрендил? А еще меня называют безумным маньяком. Твою мать! Так вот о чем тогда говорила Симонна! Я самый настоящий идиот! Как же я сразу не понял… Хотя и моя раса получила лишь крупицы поверхностных знаний о подобном.

Тут мне крыть нечем.

– Какого беса ты там забыл? – выпалил разъяренно я, медленно поднимаясь на ноги, не в силах сдержать эмоции. – Это абсолютное табу! ДЛЯ ВСЕХ! Для любых рас, для странников, для божеств, для населяющих Астрал сущностей!.. Да для всех живых существ! Как ты вообще туда попал и каким чудом выжил?

– Ооооо, поверь и прости, – виновато обронил картар.

– На тот момент я совершенно не понимал и не осознавал куда переместился и с кем связался. Но угодил я туда, к сожалению, из-за серьёзных обстоятельств. Так уж вышло. Иначе тогда поступить не мог. А выжил… Выжил я действительно в прошлом лишь благодаря чуду и удаче. Ну и совсем немного помогли мои навыки сокрытия. Убивал я лишь самых слабых пожирателей и частично слабейших рилимов.

Чего? Дерите меня в уши и глаза все феи Зеленвальда. Я сплю, что ли?

– Во имя всего живого, Пал! Ты еще и с этими губительными тварями повстречался, – простонал раздраженно я, а затем протяжно выдохнул и исподлобья осмотрел его с ног до головы.

Теперь понятно, почему он выглядит именно таким образом, а раны не поддаются никакому исцелению. Он их получил в мёртвом мире.

– Твои увечья? Всё из-за них? – указал я глазами на его лицо и руку.

– Лишь частично, – усмехнулся мрачно мироходец. – Но давай уже, наконец, перейдем к главному. Мне удалось выбраться и вернуться домой. Во времена моей бурной молодости тёмные божества в Илларане мутили воду, но я смог остановить тогда прорвавшихся пожирателей и прикончить всех ублюдков.

Однако, – в этот самый момент голос его стал будто неузнаваем, – я не учел того, что даже пребывание в мёртвом мире оставило свой след во мне.

Во имя Угорских Бесчинств! Ну, конечно же…

– Порча. Скверна. Миазмы мёртвых миров… Не знаю, как это назвать правильно, – едва слышно прошептал он. – Но эта зараза каким-то образом пустила корни во мне.