#Бояръ-Аниме. Инопланетный князь

– Да ты хоть бы бубулёк свой спрятал, а то выставил на всеобщее обозрение, – хихикнула Марина, искоса поглядывая на мой низ живота.

Красная краска понемногу покидала щеки Марины. Сегодня на её голове уже не было полых цилиндров, зато чуть подрагивали рыжие кудряшки. Да чего же она туда всё смотрит-то? Мама кашлянула и бровями тоже показала на них живота. Ясно, нужно спрятать шланг для сброса переработанной жидкости. Я подтянул плед ниже и укрылся тканью, закрепив на плече.

Похоже, что тут принято скрывать подобные вещи.

Недаром же носят одежду, которая прячет кожу и остальные атрибуты.

– Во, прямо как римский оратор, – улыбнулась мама.

– Оратор... это потому что орут часто? – попытался я разобраться в незнакомом слове.

– Совершенно верно. Но ты ступай, я сама уже встала. Марин, чего ты долбишься с утра пораньше? – спросила мама у гостьи.

– Так вы же сами просили меня стукнуть вам в дверь. Вроде как мальчишки за одеждой к портному собирались, – пожала плечами соседка.

– Ох, а ведь и правда! Ребята, вам же нужно к Семену Марковичу за одеждой.

Чуть не забыла, честное слово. Мариночка, спасибо тебе, золотце, – произнесла мама.

– Да ладно, чего уж там. Я с утра на молодое тело хоть полюбовалась, – хихикнула та в ответ. – Ну раз вы встали, то я побегу на работу. Ух, как теперь это всё развидеть? Да и стоит ли?

Мама нахмурилась, но ничего не сказала.

Меня утащил Мишка. Так как особого ничего на завтрак не предвиделось, то я ничего и не ожидал. Какая-то серая рассыпчатая смесь сначала посыпалась в тарелки, а потом эту самую смесь Мишка залил кипящей водой.

Пока масса прела и набухала в кипятке, брат соорудил ещё три нищенских бутерброда.

– Овсянка, сэр! – провозгласил он торжественно.

Я придвинулся. На вкус смесь напоминало что-то среднее между пастой для очистки сопла и пеной Дохлого моря с планеты Крамида. Но дареному космолёту под кресло не заглядывают, поэтому я съел то, что выдали. Вполне себе съедобная хрень.

– Идем же, идем! – чуть не подпрыгивал от возбуждения Мишка, когда мы вышли на улицу.

Под кустом никого не было. Похоже, что отчим замерз и ушел прочь. Ну или его подобрали какие-нибудь сердобольные полицейские...

В дневном свете улица выглядела ещё хуже, чем в ночном. Всё-таки тьма умеет скрадывать недостатки. Щербатый асфальт пестрел выбоинами. Всюду летали клочки бумаги, цепляясь за чахлые кусты и ноги прохожих. Дома выглядели так, словно умоляли небеса шарахнуть в них молнией или послать пару аннигиляционных лучей.