Укрощение гордыни

Они находились высоко под потолком и больше служили для проветривания. Лампы, что использовались внизу горели не ярко и их всегда можно было приглушить.

Сиванну зябко поёжилась больше от неловкости и стеснения. Мугун прошёл в кузнечно-оружейную часть Хранилища и, достав из сундука дорожную накидку из укреплённой пластинами ткани, накинул её на плечи девушки.

«Она весит не меньше меня», — мысленно посетовала Сиванну, чувствуя, как накидка потянула тело вниз. Однако снимать её она не собиралась. Наоборот, девушка поспешила как следует закутаться, скрывая наготу.

Вот только ноги предательски сложились, опустив Сиванну на колени. Сквозь сумрак Хранилища она увидела подошедшего к ней Мугуна

— Открой рот, — приказал он. — Шире!

Девушка стиснула зубы, не желая подчиняться. Тогда он схватил её за подбородок и практически силой пропихнул здоровенную пилюлю.

— Глотай! Она восстановит дух и подлечит. Думаю, одной тебе пока хватит. А там посмотрим, — Мугун приблизился к ней настолько, что она почувствовала его дыхание на своём лице.

— Что с твоими глазами? Ты же раньше нормально видела. И голос, — он своевольно растянул её рот пальцами, пытаясь что-то разглядеть.

«Какая разница, что случилось? Просто так вышло», — в мыслях она вспомнила, как сестрица пришла в хижину травников и набросилась на неё. Едкий алхимический раствор выжег глаза и попал в горло. Это ли послужило причиной увечий? Сиванну не была уверена. Её глаза пострадали, но после восстановились, а изменились уже после снятие первой печати.

Голос же… Она знала, что с горлом всё в порядке, но говорить всё равно не могла. Словно что-то мешала звуку проявить себя. Как скрытый барьер, подавляющий шум.

— Ясно, — Мугун оставил Сиванну одну в Хранилище, строго наказав напоследок: — Сиди здесь. Никуда не уходи. Я скоро вернусь.

Выйдя из Хранилища, Мугун остановился и перевёл дыхание. Ему ещё не приходилось пользоваться настолько тяжёлыми техниками управления сознанием. За каких-то полчаса он растерял практически всю духовную силу и сейчас едва держался на ногах.

Зато все мысли Динг раскрылись перед ним, как свои собственные. Даже воспоминания выглядели ярко и эмоционально.

— Гадина, — перед ним стоял образ Гэ Шун с кнутом в руках. Чувство опасности Динг застило ему взор. Сердце заметалось в груди, не находя покоя.

Мугун сунулся в пространственное кольцо за пилюлей «Восполнения небес», чтобы восстановиться, но наткнулся на всякий мусор: записки, игрушки, охранные талисманы, засушенные растения.