Укрощение гордыни

— И слепой. Зовут Сиванну. Просто Сиванну без всякого рода. Старший, присмотрите за ним. Я пока за одеждой сбегаю.

— Ох! — вздохнул банщик. — Что ж, пусть заходит. Пригляжу.

— Спасибо, старший! — Ёнва отдал старику поклон и шустро сбежал, оставив подопечную на пороге бани.

— Чего стоишь? Заходи. Ты ведь не глухой? А? — банщик подошёл ближе и заглянул в лицо Сиванну. В нос неприятно пахнуло табачным дымом, заставив её сперва поморщится, а после закашляться.

— Старший! — кто-то окликнул банщика изнутри и тот, схватив Сиванну за руку, потащил её внутрь.

— Чего орёшь? Не видишь, занят я! Новенького привели, — резковато заговорил старик с молодым парнем, прикрытым одним только полотенцем и тем лишь на бёдрах. — Калека без глаз и языка, а всё туда же. В чём только дух держится? Наберут кого попало!

Банщик бесцеремонно треснул Сиванну по заднице.

— Парни! Тут свежее мясо! Идите, гляньте!! — полуголый парень со смешком позвал остальных купающихся.

Сиванну в испуге отпрянула, приложившись затылком к стене.

Закрывшись руками, она сползла на пол.

— Эй! Кто холода напустил? — раздался недовольный возглас.

— Вода замёрзла. Кому врезать?! — послышался ещё один гневный крик.

Едва ли не наощупь Сиванну выскользнула на улицу и побежала, придерживая полы одежды, которая была ей совсем не по размеру. Когда остановилась, то сразу поняла, что забрела на женскую половину. С возмущёнными криками, послушницы щедро одарили её серией ударов. После чего за шкирку оттащили к арене для боя. Сиванну не сопротивлялась.

Её больше пугали голые парни в бане, чем девицы, вооружённые деревяными клинками.

— Что случилось? — раздался до трепета знакомый голос Лигоу.

— Нарушитель, господин интендант! — вежливо ответила одна из девиц.

— Бродяга! Извращенец! — выкрикнули другие послушницы. — Прогоните его!

— Разберёмся, — интендант подошёл к Сиванну и, протянув руку, строго потребовал: — Бирка! Имя!

Тем временем на Пике Страданий внешние послушники, освобождённые от занятий, разбирали завалы особняка Мугуна.

Во время перерывов им разрешалось медитировать, поглощая потоки духовной силы, оставшейся после Небесного Бедствия. Сам же герой событий отдыхал в Академии под личным присмотром Мастера Медицины. Поклонницы искали любой повод чтобы навестить его. Но Мугун об этом не знал. Его поглотило море души, утянув сознание на самое дно.

А там…

Там бушевало прошлое в ужасающей красоте пожаров. В сознательном состоянии он помнил лишь тот, в котором погибла кровная семья.