Ученик Теней

Если этот металлический шкет узнает о слежке, то может наворотить дел, а мне моя ракушка нужна в целости и сохранности.

— Металлический? — на этот раз переспросила Лесла.

— Я вам всё расскажу по пути, — ответил Учитель, а потом снова заговорил с рыбоголовым. — Разберёмся, но аванс вперёд, — он протянул руку.

Ходячая амфибия недовольно покосилась на него, но отпираться не стала. Достав из-за пояса небольшой мешочек, брякнула им в протянутую руку.

— Надеюсь, мы поняли друг друга, — проскрежетал торговец. — Ракушка должна быть целой.

Её содержимое тоже. Иначе…

— Не тех пугаешь, — улыбнулся ему Скел.

Бырлук ничего не ответил и, демонстративно потеряв к нам интерес, вернулся к торговле. Мы же направились в самую гущу толпы, судя по всему, в центр рынка.

— Так что нас ждёт? — взглянул я на Учителя.

— Как я уже говорил, нам необходимо найти вещь, украденную у купца.

— Но вы не говорили, что им будет именно тот, кто не особо меня любит.

— Эти рыбы никого не любят, так что не акцентируй на себе внимание, — усмехнулся Скел.

— На самом деле я знаю не больше вашего. Он направил наёмников, чтобы те нашли потерю, и они выследили вора. Я не знаю кто это, не знаю, что ему надо, но Бырлук нанял меня, потому что хочет наверняка вернуть себе вещь, к тому же целую, как он говорил. На обычных наёмников особо полагаться не приходится, так как они в подобных делах не слишком церемонятся. А он, я уверен, по своей жадной натуре нанял самых дешёвых, которые только и могут, что подслушивать, да следить. И то не особо скрываясь. Я удивлён, как ещё вору не удалось избавиться от хвоста, но то, что он их увидел, сомнений не вызывает, иначе бы опасался соваться в «Синего палача».

— Почему? Ведь по вашим словам — это самое безопасное место в городе.

— Безопасное? — Скел бросил на меня скептический взгляд. — Когда это я такое говорил?

— Вы сказали, что там нельзя причинять зла.

— Именно. Но не всё так просто. Понимаешь, когда ты совершаешь нечто плохое на точке Мироздания, то будто ныряешь в океан, и тебя накрывает волной.

А вот простое пребывание там подобно мирным посиделкам на берегу. Волна тебя не наказывает, только  омывает твои ступни. Она знает, что ты сделал… — ухмыльнулся, — прошлым летом.

— То есть Мироздание как бы видит мои грехи, пока я сижу в трактире?

— Оно и так всё видит. Но именно там оно явственнее запоминает всё. И воздаёт по заслугам. Злость, ярость, жадность, алчность, зависть — всё это являет собой грехи.