Поганое поле. Том четвертый. Война

– Мне тоже придется раздеваться? – не без некоторого смущения поинтересовался я. Представилось, как на меня нападают враги, а я такой: “Погодите-ка, ребята! Я ща!” – и снимаю трусы. Вот смеху-то будет! Враги надорвут животики, и волшбу применять не придется.

Витька опять влез в разговор:

– Олесь, лучше уйдем! Она тебя морочит!

Шаманка, проигнорировав шкета и не спуская с меня черных глаз, сказала:

– У тебя может быть свой подход. Захочешь раздеться – разденешься, не захочешь – не разденешься. Но без одежды, скажу я тебе, магия работает лучше.

Я сменил тему:

– Ты меня сейчас испытывала на храбрость и боевые навыки?

– Нет, на милосердие. Это важнее храбрости и боевых способностей. Врага в капусту покрошить каждый дурень сумеет, если сила и дух есть, а вот помиловать, когда в твоих силах убивать... А ты не спешил моих Защитников бить насмерть...

“Ты не видела, что я сделал с Админом”, – чуть было не брякнул я.

Вместо этого сказал:

– Предлагаешь помиловать Единого?

– Я ж говорю: она врет, – звонко сказал Витька.

Шаманка во второй раз пропустила его слова мимо ушей. Она не опускалась до препираний с посторонними лицами. Ее интересовал только потенциальный преемник ее миссии, возложенной Прародителями:

– Это уж сам решишь... – сказала она мне. – Когда Единого лицом к лицу встретишь. Еще ведь неизвестно, чье лицо он наденет.

Скорее всего, известно, подумал я. Это Борис Огнепоклонник, черт бешеный. Он и есть Главная Ипостась Единого. Эх, надо было добить гада!

Неожиданно в голове возникло предположение: а если это не Борис, а кто-то другой? Например, его родная сестра Кира, которая мне очень дорога?

Мне придется убить Киру, чтобы уничтожить этого многомерного демона из других миров?

Нет, вряд ли состоится такое западло.

Шаманка спросила:

– Итак, примешь Знак?

– Мне придется жить на севере? – на всякий случай уточнил я.

– Живи, где хочешь. Но на севере – твой дом. Армия из Защитников будет тебя ждать там.

– Олесь, да что с тобой?! – возмутился Витька и дернул меня за рукав. – Знаками так просто не разбрасываются! С чего ей тебе отдавать такую волшбу?

Я заколебался. Витька прав. Кирсанов передал мне Знак, чтобы я заступил на его место и продолжил его дело: отгонять Погань и гнобить свой народ. У него, старого умирающего человека, не было выбора.