Ярар VI. На дальних берегах

- И лечение тоже, – ответил я, заметив одобрительный кивок Анри. - Честно сказать, я ни слова не понял в том, что ты прислал, – вспомнив про записи от жреца сообщил я Анри. - Поэтому хочу получить разъяснение от него. И может он наконец-то начнёт делиться своими знаниями…

- Ярар, с Ибн Рахулом мы изначально заключили соглашение, что пока к его дочери не вернётся зрение и прежняя внешность, делиться знаниями он не станет. Иначе он бы с нами не полетел.

- Поэтому я и говорю, что надо быстрее этого лентяя пристраивать к делу.

Насколько я понял из твоих сообщений, он и его дочь пьют, спят и срут. И всё на халяву.

- Яррааар! – осуждающе посмотрел на меня Анри. – Девочке всего семь… С твоей стороны это звучит крайне грубо.

- Анри, не передергивай. Ты прекрасно понял к чему я веду.

Он кивнул.

- Девчонка просто очень добрая. Жаль её… - произнёс Анри.

- Я сделаю всё, что смогу, не дави, – ответил я. - И чтобы ты понял всю мою серьёзность, то знай, я прихватил накопитель под завязку наполненный энергией.

- Ты думаешь он понадобится?

- Не знаю, - честно ответил я.

– У меня не так много времени, чтобы думать, как обойти поле аннигиляции. А мне бы хотелось, чтобы жрец уже начал приносить результаты и, когда я буду возвращаться назад от Макарова, у него уже было всё доходчиво записано на бумаге.

- А это не навредит девочке? – с беспокойством спросил Зес, поняв, что я собираюсь использовать заёмную энергию.

- Ещё раз говорю, - сказал я, – мне нужно посмотреть на девочку и послушать Рахула.

К моему удивлению возле ратуши стоял человек, одетый в хламиду желтого цвета, какие мне встречались раньше во время моего проживания в Египте.

Почему-то я сразу понял, что это и есть Ибн Рахул. Разумеется, я начал рассматривать его. Мужчине на вид было около тридцати, может тридцати пяти лет. У него были темно-карие глаза, но больше всего привлекала внимание его лысая голова. Она блестела на солнце!

Он же непроницаемым взглядом смотрел на меня.

- Это Вы тот юноша, что возомнил себя всесильным? – задал вопрос жрец

Он говорил с акцентом, однако я смог распознать грубые нотки в его тоне.

- А это Вы тот жрец, из-за которого его дочь лишилась возможности встречать рассвет?

Я ожидал всего. Что он начнёт ругаться, грубить, но не того, что он глубоко поклонится мне в пояс.

- Я благодарю богов, что наша встреча наконец-то состоялась!

С непониманием, запечатлённым на моём лице, я посмотрел на Анри и Зеса. Они пожали плечами, вероятно сами не понимая что сейчас произошло.