Штабс-ротмистр

Но другой полностью спалил амулетную защиту Искрова. У парня вспыхнул пиджак. Огневик наставил палец на вольноопределяющегося и повелительно указал отойти в сторону – для тебя прохождение полигона закончено.

Третий. Рой ледяных стрелок, дополнительно напитанных энергией. Врезаясь в защиту Тышкевича, они взрывались как гранаты. И тянули, тянули Энергию.

Четвёртый. Земля под тающей песчаной жижей, до того момента твёрдая, вдруг размякла и позволила провалиться по щиколотку. Тышкевич метнул в Одарённого молнию, разрядив один из последних амулетов с атакующим плетением, чем выиграл секунду или две.

Хватило, чтоб вытянуть голема на каменную дорожку рядом с возникшим болотом.

Все четыре стихии пройдены. Охранник важных персон обязан владеть каждой, в меру сил, конечно, и защитными, и атакующими плетениями, не угадать, с какой нападёт враг. Но что дальше?

Пятый оказался менталистом, ударившим плетением ужаса. Бесконечного, парализующего, вынуждающего упасть, свернуться в комочек и просить о смерти, лишь бы исчез этот леденящий душу страх…

Бороться с ним тяжелее, чем со стихиями во всех предыдущих.

Противостоять этому корнет мог только крепостью сознания. Хуже всего, что голем забился в конвульсиях, изображая панику. Не найдя иного выхода, Виктор Сергеевич перехватил осыпающееся песком тело поперёк условного тулова и потащил на себе вперёд – за пределы зоны действия плетения.

Вышли. Отдышался. Вытер потные руки в песке о шёлковую подкладку пиджака – не до салфеток.

Сердце стучало как бешеное, мозг-то понимал, что ужас – не настоящий, наведённый, но сердцу не прикажешь. Плетение воздействует на глубинные страхи, атавистические, пришедшие из глубины тысячелетий, когда предки охотились на саблезубых пещерных тварей и каждый раз должны были превозмочь себя, чтоб ступить под мрачные пещерные своды. Даже если попытка завершалась победой, два-три охотника вполне могли остаться там навсегда.

Шестой и последний не навевал никакого страха.

Просто одинокая фигура, в тонком мире не излучающая ни-че-го. Кристалл его не просматривался, словно перед Тышкевичем стоял ординар.

Потом Одарённый снял ментальную защиту, и словно полыхнул в ночи костёр. Уровень десятый… Или одиннадцатый?

Понимая, что ему не светит ничего хорошего, корнет распушил усы и гордо двинулся вперёд. Если не пройдёт этот рубеж – экзамен провален. Но честь не уронил. Отступится – проще уйти со службы.