Штабс-ротмистр

- К оправданию своему скажу, что сообщил в Торжок в Третье отделение немедля. Что же касательно наших великих начальников, то генерал-губернатор – уроженец Бостона. Хоть его род получил наследуемое боярство и заседает в Боярской Думе, американец, что с него возьмёшь… То же и ново-йоркский губернатор. Хотя последний мог бы, его семья сплошь с дарованиями, не чета простым ординарам. Ну а прежний вице, что служил до Горчакова, вообще пустое место. Досиживал до пенсиона в чаяниях лишь об одном – как к отставке получить действительного статского вместо статского.

Конфуз с П.И.П. в таком раскладе ему совершенно ни к чему.

Штабс-ротмистр молниеносным движением поймал каплю, сорвавшуюся с мороженного и летевшую на наглаженные брюки.

- Выходит, здесь вообще некому разрешить проблему?

- Некому. При том, что в Ново-Йорке казаки, разные государёвы установления… У меня есть доверенные люди в самых разных кругах. А работать не с кем. Формально негодяи ничего не нарушили. Кроме разве что хулиганского названия их чёртового института.

Но с подобным впору разбираться околоточному надзирателю, не охранке же.

- Антон Петрович! Признайтесь, вы считаете всё государево управление в американских губерниях…

- Неэффективным. О чём докладывал прямому начальству. Как видите, никаких видимых перемен мой мышиный писк не вызвал.

- Но прислали Горчакова. Раньше служил в Четвёртом Отделении, до отставки. Он другого склада, решительный.

- Скорее по причине, что обеспокоились из-за того злосчастного института.

Систему никто менять не пытается.

Он, слишком долго проживший в американских губерниях, насквозь был пропитан скепсисом. Из внутреннего кармана извлёк амулет и отдал Тышкевичу.

- Списан по сроку службы, но работает вполне. Можете оставить у себя, штабс-ротмистр. Подзарядите. А ещё лучше – сами осваивайте плетение правды. Замечательно полезная вещь в нашем деле.

Как и большинство амулетов России, этот был выполнен из чёрного оникса. Шарик размером в копейку в железной оправе.

- Мерси.

Вы, вижу, более ничего предпринимать не намерены.

- Только по прямому приказу, ибо не вижу смысла затевать бучу. Но вы, Виктор Сергеевич, моложе и решительнее. Дерзайте, коль надумаете.

- В чём же я способен проявить дерзость?

- Дам одну подсказку. В документах на институт фигурирует некто Джеймс О'Коннор, выходец из Шотландской губернии. У него был подручный, профессор-менталист Джон Линк, который куда-то уехал на второй день после прибытия вашей яхты.