Штабс-ротмистр

К сожалению, билет на дирижабль стоил дорого: огромная надувная махина брала в гондолу столько же пассажиров, сколько единственный вагон поезда, поэтому окупалась медленно.

Монах Фёдор, щедро снабжённый чеками Тверской митрополии, мог позволить себе полёт до Абердина с пересадкой в Лондоне. И когда в Ново-Йорке наступила ночь после рапорта частного сыщика о хозяевах зловредного института, агент церкви спустился с причальной мачты в Шотландии.

Возница доставил его в университет, где хитрец предстал перед деканом физфака в образе инспектора Императорской инспекции университетов, институтов, реальных училищ и школ в чине надворного советника.

Более того, шотландец был готов поклясться, что вчера видел циркуляр о ревизии вверенного ему факультета от Коллегии образования и общественного призрения.

Столичный гость сразу начал с претензий. Над зданием факультета не трепыхался имперский чёрно-жёлтый стяг, отчего декан схватился за голову – знали же, что приедет, почему не вывесили заранее, можно ведь снять потом… Хуже того, таблички на дверях были на английском, студиозусы и профессура общались только на английском и изумлённо таращились на чиновника из Торжка, обращавшегося к ним на государственном имперском языке.

Узурпировав место декана в его кабинете, русский велел привести и выстроить перед его очами всех наличествующих профессоров, доцентов и приват-доцентов. Хмуро осмотрел нестройную шеренгу провинциальных светочей науки. Задал несколько вопросов, создав впечатление, что не знает, к чему прицепиться.

Потом спросил профессор О'Нила.

- Так преставились они, господин надворный советник.

- Можно проще: ваше сиятельство.

- Да, ваше сиятельство, - покорно согласился декан.

- О нём в Коллегии был разговор… Его книги, записи, дневники?

- Сын его унаследовал. Джил О'Нил. Трудился у нас приват-доцентом. Звёзд с неба не хватал. Взял двух ассистентов, воспроизвёл опыты отца… Без всякого успеха, ваше сиятельство. Особыми талантами не наделён.

- Трудился? Или трудится?

Декан выпроводил всех из кабинета, подошёл ближе и зашептал:

- Уехал.

Сколько-то месяцев назад. С товарищем своим, говорят. Перед этим сидел в лаборатории днями безвылазно. Даже лаборанта не пустил.

- О нём я тоже слышал, - соврал монах. – Уехал в Ново-Йорк?

- Не могу знать. Скрытный он был.

Понимая, что здесь больше ничего не добьётся, Фёдор нашёл одного из пары помощников приват-доцента и выслушал пространную лекцию о физике пространства-времени. Куда более подробную, чем в Москве.