Штабс-ротмистр

– Около губернатора или вице-губернатора непременно должен быть Одарённый, чувствующий магию. Вы – тоже Одарённый, ваш морок собственный, не из амулета. И, отдам должное, убедительный. Я вас по-прежнему вижу как столичного чинушу. Но пара ниточек плетения, что вы не удосужились спрятать, выдаёт.

Виктор Сергеевич не был настроен на разговоры в коридоре. Сперва нацепил на запястья притворщика наручники, сковывающие движения и блокирующие магию, причём – любую.

Маскировка развеялась. Перед охранниками стоял невысокий беловолосый мужчина лет сорока с абсолютно незапоминающимся лицом.

Идеальный топтун-наружник для охранки. Одет он был в немного пыльный дорожный костюм, ничуть не дорогой, каким казался минуту назад. К ногам уронил саквояж из потрескавшейся рыжей кожи.

Офицеры бесцеремонно затолкали его столовку для чинов губернской управы, по вечернему часу пустующей. Тышкевич достал амулет с плетением правды. Особо миндальничать с задержанным он не собирался.

Тот, посаженный на стул, смотрел на обоих настороженно, но без страха.

Скованными руками достал платок и прижал к кровавой ссадине на шее от ножа.

- Проша, задавай вопросы. А я буду смотреть, не брешет ли. Ежели что, малость подстегну… господина, - граф перевернул свой стул спинкой вперёд и уселся верхом, не спуская глаз с мужичка.

- Ты – не из Третьего Отделения, - начал Искров. – Откуда?

- Прошу, не нужно этого вопроса. Я из Торжка. Из какого установления, вам лучше не знать.

Граф обнаружил, что браслеты смазывают действие и его плетений, а не только мешают ворожить задержанному.

Поэтому хлестнул наотмашь силой амулета, полученного от Третьего Отделения.

Человек охнул. Лицо мигом покрылось испариной.

- Так чего нам знать не стоит? Признавайся, не стесняйся, - нажимал корнет. – Его благородие вас ещё не так приласкают, коли будете врать. Самозванец, присвоивший полномочия действительного статского советника, это не фунт изюму. Лет на пять острога и двадцать каторги тянет. Ну? Или ещё раз? Господин штабс-ротмистр!

- Не надо! Из Тверской митрополии Русской Православной Церкви, - взвыл мужчинка и поднял перед собой скованные руки.

– Христом Богом прошу, оставьте ваше диавольское плетение. Бьёте меня прямо по незащищённой душе!

Виктор Сергеевич и в самом деле был намерен врезать вторично. Уж больно сказочно прозвучали слова паразита. Но ничего, свидетельствующего о лжи, он не обнаружил. Или разглядеть просто помешали наручники.

- Имя?

- Брат Фёдор. Монах. В миру – Пётр Пантелеев.