Эргоном: Белая кость, голубая кровь

- А как я мог это сделать? Для этого пришлось бы кому-то рассказать. А я не хотел.

- Но мне-то ты мог сказать?

- Так ведь и вы не в курсе, из-за чего так бывает, - парировал я.

Шувалов нахмурился.

- В том-то и дело, что не бывает. Ладно, допустим, ты не знаешь, как это случилось. Скажи хотя бы, кто ещё в курсе.

Я развёл руками.

- Надеюсь, до сегодняшнего дня никто не был. А теперь все.

- И это очень плохо, - припечатал князь.

А то я не знаю! Но что сделано, то сделано. Тем не менее, я ответил:

- Не вижу трагедии.

- Тут ты прав, конечно. Вот только люди… - Шувалов вдохнул. – Слишком уж ты выделяешься, Коля. И подобные вещи… людей настораживают.

- Ну, вроде, никто не начал меня чураться.

- Это пока. Все просто в шоке. А когда начнут задумываться, как и почему, ты почувствуешь, что отношение к тебе изменилось.

- Ну, пусть. Переживу.

Князь неодобрительно покачал головой.

- Нужно выяснить, как это произошло. Правда, не представляю, с чего начать.

- Я не подопытная крыса, Пётр Дмитриевич. И никаких опытов над собой ставить не позволю.

- Неужели тебе самому не интересно, почему ты настолько уникален?

- Интересно. Но, по-моему, куда важнее, что у меня есть этот Дар. Более того, я уверен, что очень многие захотят узнать, смогу ли я передать его потомкам.

Шувалов откинулся на спинку кресла.

- Да, так и будет, - проговорил он, помолчав. – Но найдутся и те, кто испугается этого.

- Большинству на это будет наплевать. Род с двумя наследными Дарами – разве это не мечта? Вам бы радоваться, Пётр Дмитриевич.

- Тому, что Скуратовы – часть моего клана?

- Именно.

- Я рад. Но что, если нужно не радоваться, а бить тревогу?

- Например, почему?

Шувалов развёл руками.

- Ты был мёртв, а затем воскрес с новым Даром. Тебя самого это совсем не настораживает?

Чёрт, а князь реально сообразительный мужик! Интересно, как далеко он зашёл в своих рассуждениях?

- К чему вы ведёте, Ваша Светлость?

- К тому, что есть вероятность, что ты не совсем тот, кем был до своей смерти.

- Клинической смерти, - вставил я.

- Называй, как хочешь. Ты был мёртв. Лейб-лекарь не мог ошибиться.

- Ну, такое случается.

- Слишком многое случается с тобой.

На этот раз руками развёл я.

- Даже не знаю, что на это ответить, Ваша Светлость.

- Вот и я в недоумении, Николай.