Системная нежить. Real-RPG. том.3

Невидимость не снимал, пару раз поиск живых засекал летунов инсектоидов, ещё несколько раз скопление под землей живых существ. Но – никаких признаков внешней деятельности. Надо думать, это та часть экосистемы, которая не входит в состав домика, а скорее их корм и оппозиция.

К примеру, возле домика – расчищенные и геометрически ровные (расходящиеся веером) поля с красноватыми насаждениями и вообще много следов явно «цивилизованного» характера.

Если считать, что диаметр домика как, допустим, двенадцать с половиной, ну пусть будет двенадцать километров, упростив форму до круга.

Радиус, условно, шесть… При формуле площадь = Пи умножить на R в квадрате. 3,14 умножить на тридцать шесть, итого, пу-пу-пу… Сто тринадцать и ноль четыре после запятой.

Домик - это сто мать их квадратных километром местной «насекомой» цивилизации, эдакие мегасуперпупер – муравейник.

Зато на расстоянии в сто пятьдесят - двести километров никого и ничего, что бы он не подавил или не контролировал, такова была ощутимая дальность зоны влияния домика.

Вообще-то впечатляет. А если их мир такой же большой как наш? Сколько может обитать в таком городе? Двадцать миллионов особей? Сто миллионов. А сколько всего городов?

Вообще-то, забравшись на гору (тут было писец как холодно и натурально лежал снег) и осмотрев окрестности, пришёл к тому, что дальше в этой части мира соседнего города-домика нет. Там пустыня, пустошь. Мёртвые бурые пески. Наверное, дальше снова условно обжитые земли.

Пока время есть, совершил серию блинков в направлении пустоши. Тут было ровно, пусто (наверное, так и положено) воняло тухлятиной, а в щелях между камней иногда мелькали спины существ тонких, но длиной с полметра, каких-то многоножек, чей панцирь был окрашен под цвет местных камней и песка.

Здесь не водилось лишайников и грибов, тем более чего-то вроде леса. Не было и следов присутствия инсектоидов. Почва между камнями смотрелось мёртвой, а сама пустошь пыхала жаром прошедшего дня, без намёка на недавний дождь.

Поиск живых тоже помалкивал, хотя отблески копошащейся под землей жизни тёплыми крупицами дают о себе знать.

Куда хватает глаз, только неравномерные бурые и серые пески, камни и тоска. Дальше не попру, достаточно этой части местного мира.

Вернулся на местную гору. Холодно. Как обычно борются с холодом? Уходят оттуда, где дует и разводят костёр.

Навык чувство подземелий 2/5.

Расовое. Пассивное.