Личный враг императора

Так что мир, который ты заключил, для меня ничего не меняет. Пока жив Анатолий Веденеев, а его потомки при власти, я личный враг императора.

- И что ты намерен делать? – нахмурившись, спросил патриарх.

- Я должен стать сильнее. Уверен, ты меня не поддержишь и постараешься сохранять мир так долго, насколько это возможно. И я не стану при встрече с императором, если нас сведет судьба, сжигать его мощью своего истока. Нет, я поступлю иначе. Дождусь того времени, когда смогу уничтожить всю эту семейку одним махом, и сделаю то, что не сделал ты.

Веденеевы умрут и только тогда эта история для меня закончится. Не знаю, сколько мне понадобится времени на реализацию своих планов. Десять лет, двадцать или сто. Неважно. Мой враг до сих пор жив и пока он коптит небо, полного покоя я обрету.

- Да ты суров, Вальдер. Хотя я тебя понимаю. Насколько это возможно. И отговаривать тебя не стану. Однако запомни – ни в коем случае не подставляй клан. Я дал императору слово, что пока он с нами честен, мы первыми не ударим.

- Вот-вот, - невесело усмехнулся я.

- К чему ты это сказал?

- К тому, дед, что именно на верности своему слову тебя поймали в прошлый раз. И сейчас, несмотря на нарушенные клятвы, Веденеев откупился, а попутно снова обвел тебя вокруг пальца и обязал дать обещание, которому ты станешь следовать.

Я заметил, как патриарх крепко сжал подлокотник кресла и приготовился к тому, что сейчас меня станут воспитывать, а возможно, даже немного побьют.

В воспитательных целях, так сказать. Однако обошлось. Максим Петрович унял свой гнев и кивнул:

- В твоих словах есть резон, внук. Но ты слишком категоричен и в тебе еще много юношеского максимализма. Не успели тебя до конца правильно воспитать. Да и пережил ты, действительно, такие события, что и врагу не пожелаешь. Главное – держи себя в руках и время тебя вылечит.

- Надеюсь, что так, - согласился я с ним.

Мы замолчали.

Каждый думал о своем. Так продолжалось несколько минут, а потом патриарх снова заговорил:

- Кстати, есть парочка новостей, которые касаются тебя.

- Наверное, нехорошие? Я прав?

- Одна нормальная. Другая не очень. С какой начать?

- Давай с нормальной.

- Завтра Анна Федоровна собирается на аукцион, и она намерена взять тебя с собой. Я разрешил.

- Да, был у нас с тетушкой насчет этого разговор. Я про него уже подзабыл, а она помнит.