Кодекс Крови. Книга V

У озера, перед мощным мостом, ведущим к замковой стене, Кирану встречали бойцы из императорской службы безопасности.

— Посторонним доступ на объект запрещён.

— Я не посторонняя. Я — княгиня Виноградова Кирана Юрьевна, урождённая Комарина, и я прибыла домой, — охотница продемонстрировала адамантовый перстень с символом рода и документы, предоставленные братом вместе с именным разрешением о пропуске Кираны в замок.

Вояки посовещались несколько минут, проверяя её документы. Один из них даже совершил звонок по странному устройству, которые в этом мире называли мобилетами.

— Ваше высочество, прошу простить за задержку, мы обязаны были перепроверить информацию, — один из безопасников с интересом разглядывал Кирану и виновато улыбался. Вернув все документы, он произнёс: — Добро пожаловать домой!

Кирана сдержанно улыбнулась в ответ, приняв документы, и пошла по мосту к замку. В какой момент она прошла сквозь магическую мембрану было непонятно, но пустующий замок вдруг наполнился звуками и голосами:

— С возвращением!

— Мы заждались!

— Новая кровь!

Голоса наслаивались друг на друга, превращаясь в гомон.

У самой замковой стены охотница не удержалась и приложила ладонь с родовым перстнем к камню, знакомясь с замком, как с диким животным, привыкая к нему и давая привыкнуть к себе.

Камень под ладонью отозвался теплом и гладкой поверхностью, будто она прикоснулась к стеклу. По телу прошла дрожь, и ладонь провалилась в пустоту.

Кирана осторожно озиралась по сторонам. Кромешная темнота была непривычна после белизны свежевыпавшего снега.

Охотница создала вокруг себя несколько светлячков, чтобы осмотреться. Она оказалась внутри подземелья со сводчатыми потолками. По бокам от неё виднелись огромные чаши, высотой в два, а то и в три человеческих роста. Недолго думая, Кирана отправила туда пару огненных шаров, чтобы проверить собственную догадку. Когда чаши вспыхнули алым пламенем, прогоняя многолетнюю темноту, девушка рассмотрела массивные человеческие статуи, вырезанные из красного мрамора. В отблесках пламени камень казался кроваво-красным. Мужчины, женщины, даже парочка детей была... Все они возвышались на пьедесталах, обвитых живой виноградной лозой с изумрудными мясистыми листьями.

Охотница шла от статуи к статуе, рассматривая лица: мужественные и не очень, лицемерные и высокомерные, наивные и злобные. Пышные одежды из дорогих тканей, оружие, инкрустированное драгоценностями, обилие украшений свидетельствовали, что род никогда не бедствовал прежде.