Кодекс Крови. Книга V

Что уж точно не ожидала увидеть лекарка, так это натуральное уплотненное яйцо, больше похожее размером на страусиное, оплетенное сетью паутины и кровеносных сосудов.

«О, боги! И как это вырезать?!»

Ко всему прочему, яйцо будто почувствовало, что его хотят изъять и стало интенсивней вытягивать энергию из Нарвы. Её энергоканалы стремительно тускнели, а источник просто не успевал вырабатывать и впитывать магический фон из окружающей среды.

Света, не мешкая, изучила один из каналов, которыми яйцо присосалось к охотнице.

Представив его структуру, лекарка принялась из собственной силы насыро создавать нечто подобное, протягивая от яйца к паучихе. Та склонилась ниже, присев на лапах и раскрывая грудину с трещиной, из которой сочились нечто голубого цвета.

— Тяни сюда, здесь источник. Ему понравится, — прошелестело в сознании лекарки, и она последовала совету.

Стоило закрепить первый канал между паучихой и яйцом, как от неё пошла ровным потоком сила, причём намного более концентрированная, чем третий или даже четвёртый уровень.

Скорлупа яйца враз засветилась бирюзовым, и лекарка впервые наблюдала признак разумности от ещё нерожденной твари. Она сама стала отцепляться от стенки матки Нарвы своими паутинными энергоканалами и протягивать их к более мощному источнику энергии. Как изголодавшийся и обезвоженный путник в пустыне, яйцо присосалось к полноводной реке силы.

Свете оставалось только осторожно залечить места разрывов присосок и малыми порциями вливать собственную силу в охотницу, нормализуя состояние её опустевшего источника.

Когда последняя паутина была перекинута к паучихе, та неимоверно нежно, будто настоящая мать, взяла лапами яйцо и принялась оборачивать его в собственную паутину. Спустя пару минут на груди у неё красовался непроницаемый кокон, мерно сиявший в такт ударам сердца паучихи.

— Вы даровали мне дитя, спасибо!

Столько в этих словах было боли, отчаяния, надежды, страха и неверия, что лекарка физически почувствовала всплеск этих чувств.

Дальнейшие действия она выполняла чётко, на неё будто снизошло спокойствие, что всё сделано верно, именно так, как и было задумано природой. Ребёнок обрёл настоящую мать, а берегиня, сохранившая ему жизнь, вновь обрела возможность стать матерью. Заживляя места крепления паутинок, вынимая плотную паутинную сумку, которую создало яйцо вокруг себя, сращивая края сечения, Света улыбалась.