Дэн. Никого не жалко. Никого

Тому это не понравилось, и он снова принялся дёргаться, стремясь добраться до обидчиков, в нашем лице.

— Не лезь! — крикнул я, глядя на последствия попадания огнём.

Таких ещё штук двести надо, чтобы нанести хоть кокой-то значимый урон.

— Что он вообще тут забыл? Бежал бы лучше. Тем более, что от него пользы, как от козла молока, — пробурчал Сёма, доставая меч и хлестнув червя по морде жгутом из тьмы.

Мы в четыре руки принялись кромсать повреждённую морду червя, используя сталь и тьму. Камни я больше не швырял, а вот один из шипов, который я ради интереса подобрал менталом и вонзил в червя, пробил его толстую шкуру, застряв где-то в глубине.

Неплохо.

Морду твари мы искромсали на лоскуты. Вот только было не заметно, что её это сильно беспокоило. Очередной рывок стал для нас полной неожиданностью. Слишком увлеклись, за что и были наказаны.

Червь влетел в пещеру резко. Я только и успел, что отшвырнуть нас с его пути в разные стороны. Вот только он не спешил останавливаться. Вместо этого, монстр пёр вперёд, словно разогнанный локомотив, с неработающими тормозами.

Прямо на Мутака. Который что-то бормотал себе под нос и при этом приплясывал, отстукивая ритм неизвестно откуда взявшейся палкой.

Вибрации! Они, в основном, шли от него. Ну всё, пипиц котёнку!

Внезапно шаман прекратил свои танцы, вытянув свой посох-палку в сторону летящего на него Ужаса. Камни на пути червя вздыбились, превращаясь в острые шипы. Вот только со шкурой монстра они ничего сделать не смогли. Только слегка оцарапали и заставили замедлиться.

Что сказать. Этот бой был долгим. Мне пришлось закинуть отказавшегося свалить отсюда к чертям собачьим этого Мутака, в небольшое углубление на одной из стен. Никто из нас там бы не поместился, а вот шаман влез.

Мы же с Сёмой продолжили скакать аки сайгаки вокруг бронированной глисты, стараясь раздербанить слой кожи в местах, где предположительно находились нервные узлы.

С каждым уничтоженным нервным центром Ужас-как-он-нас-заколебал Тьмы двигался всё медленнее. Да и жидкости, что ему заменяла кровь, он потерял немало.

Мы же с Сёмой все испачкались в его выделениях. Предпоследний центр уничтожали уже словно роботы какие-то. Ноль эмоций, никакой радости от того, что остался последний рывок.

Просьбу Мутака спустить его вниз, я расслышал явно не с первого раза.