Царь зверей, том 2

Только вот я уже почувствовал, как амулет у меня на груди похолодел и начал покалывать кожу. Похоже разрядился.

Подставляться второй раз под такой удар я не собирался, а потому перешел в глубокую оборону, постоянно мешая противнику совершить последний решительный замах и то сокращая, то резко разрывая дистанцию. К сожалению, опыта него оказалось больше, так что мои уловки лишь оттягивали неизбежный конец.

— Бей по средоточию! Он не сможет удерживать покров больше десяти раз! — приказал Гул Яр, будто это было так легко.

А через пару мгновений я понял, что противник, активно машущий своим орудием убийства, существенно замедлился и даже запыхался. Регенерация вновь была на моей стороне.

Подставив мягкий блок, я вывел алебарду во внешний контур и тут же ударил по ногам противника. Тот подпрыгнул, пропуская удар под собой, но тем самым выиграл мне ещё мгновение. Сблизившись и перехватив оружие как копье, я нанес несколько быстрых уколов в туловище. И если первый он вновь погасил покровом, от второго отшатнулся.

А затем сам перехватил алебарду широким хватом, и мы вновь сошлись на средней дистанции, орудуя всеми частями своего снаряжения, не игнорируя пинки и подсечки. Стройный рисунок боя превратился в мешанину из беспорядочных взмахов, подлых контратак и брани. Я пропустил удар топорища в плечо, но тут же ответил уколом в ляжку, да так что враг начал прихрамывать.

— Ну же! Давай! Он еле шевелиться! — в нездоровом азарте крикнул Гул Яр, и в этот момент противник совершил невозможное – он будто открыл второе, или даже третье дыхание.

Усталость его словно сняло рукой, и он с новыми силами бросился в бой, мгновенно загоняя меня обратно в оборону. Даже прихрамывать перестал.

— Использование лечебных техник посторонними запрещено! — недовольно рявкнул мой наставник. Но ответом ему стал лишь довольный смешок давнего соперника. Мне же было не до смеха. Парень с алебардой всерьез решил расколоть мне череп, совершенно не заботясь о последствиях.

Я даже пожалел, что решил сражаться честно, не оставив в рукаве никаких козырей, вроде метательного кинжала или верного Беляша, которого я оставил в бараке, отсыпаться на стопке постельного белья. Но стоило об этом подумать, как я понял, что совсем не один.

— Леви, ты как? — крикнул я, не в силах обернуться чтобы посмотреть на напарника. — Сможешь его отвлечь на один удар?

— Да. — с явной яростью в голосе ответил напарник. — Готов.