Право на поражение

Только храм Нес’Ариан возвышался над пламенем. И только храм бога, а может, и сам бог, был рядом с уходящим в его последнем путешествии.

Не будет ни памятников, ни урн с прахом. Ветер развеет пепел. Трава накроет ожог от костра — не пройдет и пары лет.

Никого не было рядом с костром. Он был подожжен одинокой дальней стрелой, не так давно прочертившей сумерки. Стрела была пущена от основания холма, из темноты.

Когда огонь только разгорался, он осветил тело лежащего на возвышении, жесткие, осунувшиеся черты лица, меч и положенные на его рукоятку руки.

Костер, храм и пустота вокруг. На этот холм и в хорошие времена редко кто забирался, но сейчас он был пуст абсолютно.

Казалось, что путника никто не провожает. Путник должен идти к Лодочнику один. А такой путник должен не просто идти один — он не должен оглядываться. Такой путник должен подойти к Лодочнику гордо, высоко подняв подбородок, без малейших колебаний. Его никто не должен тянуть назад.

Сокол, вылетевший на вечернюю охоту, заинтересовался происходящим на холме и сделал широкий круг в высоте. Пламя неимоверно огромного костра, поднимающееся так высоко, что почти сравнялось с куполом храма. Храм, который был почти скрыт в темноте, освещался сейчас лишь пламенем погребального костра.

Огромный пустой холм.

И море огней факелов у его подножия. Горящие факелы, множество, почти ничего не освещали, и казались лишь слабыми точками по сравнению с пламенем костра. За этими огоньками люди, их державшие, скорее угадывались, чем были видны.

Огромный холм мог показаться маленьким по сравнению с морем огней вокруг него.

Путник должен был идти к Лодочнику в одиночку. Его никто не должен отвлекать. Но никто не мог запретить провожающим стоять в отдалении. Если только они стоят молча. А они молчали, стояли в отдалении. Никто из них не собирался мешать уходящему.

Ведь уходил король. Менялась эпоха. Наступала осень.

Огни факелов дрожали.

Крик сокола оказался единственным звуком, прозвучавшим в сгущавшейся темноте, кроме треска костра.

Далекие огни факелов мало волновали сокола, и он сморгнул, чтобы прояснить свой взгляд и найти что-нибудь более съедобное.

Огоньки факелов дрожали. Особенно если смотреть на них сквозь потоки жаркого воздуха, поднимающегося от костра.