Восстание Древних

Его громадный черный силуэт виднелся издалека даже там, где все заволокло пылью. Поднимая и опуская крупную голову и то и дело вонзая во что-то тяжелый клюв, он явно трапезничал.

Подходить к нему после того, как он подхватил ее и бросил с высоты на асфальт совершенно не хотелось, но в каком-то смысле убийство не было чем-то из ряда вон выходящим, когда речь шла о древних, так что попробовать стоило. В конце концов, Ворон видел, что здесь произошло, а Лиса — нет. Различив в пыли слабо мерцающие болотные огни, она вздрогнула, но не отступила.

Лихо может забрать ее разум? Да пусть подавится! Там, куда она идет, он ей не нужен.

Ворон тщательно и даже с какой-то любовью выковыривал куски плоти из ошметок желтого костюма, на тихо подошедшую к нему Лису он не обратил никакого внимания. Огромный, черный, с лоснящимися перьями и красными от голода глазами, он снова был тем, кто он есть. Падальщик, а не Хищник.

— Что здесь произошло?

— Побоище, — лаконично ответил Ворон, не отрываясь от своего занятия.

Он в своем праве и на своем месте, им нечего делить.

Вспышка, ненадолго лишившая Лису зрения, была достаточно яркой, чтобы привлечь внимание людей на заводе, но никто не спешил к ним с тяжелой техникой устранять последствия взрыва. Все будто вымерло. Лиса перевела взгляд на землю и узнала Меч, тихо лежащий у ног огромной птицы, метнув взгляд на тело рядом с оружием, она узнала и его, а затем откатившуюся недалеко голову и наполовину обглоданное лицо Алеши, смотрящее в небо пустыми обожженными, а затем выклеванными глазницами.

Ворон пока не уделил ему достаточно внимания, но тело, которое он терзал в данный момент…

Узнав тонкие скрюченные пальцы, Лиса охнула и сделала шаг вперед.

— Она моя, — сжав огромные птичьи когти на обглоданном черепе, предупреждающе проклокотал он. — Они все мои.

Ну да, конечно, так она ему и позволила! Без труда заострив зубы и не без удовольствия переживая ноющую боль, Лиса вцепилась в собственную руку и пролила густую красную кровь на землю.

— Я приношу свою кровь тебе, Великая Мать! — сосредоточенно повторила она то, что однажды сработало. — Приди и проводи меня к Смерти!

В небесах повисла тяжелая тишина, земля безмолвствовала, Ворон на секунду повернул к ней круглый глаз, а затем продолжил трапезу как ни в чем не бывало. Лиса почувствовала, как медленной неотвратимой волной из глубины души поднимается паника.