Акедия: Первый шаг. Том I.

Истинная суть.

Шесть  месяцев спустя.

Снег приятно хрустел под ногами, а завывания ветра, за которыми нельзя было разобрать ни единого звука, меня мало смущали. Всё-таки я предпочитал охотиться в одиночку, а не группами, как подавляющее большинство охотников в деревне. Возможность превращаться в воздушный поток или просто уменьшать свой вес по собственному желанию здорово выручала, особенно когда мне не удавалось подобраться к добыче незамеченным. На своих двоих догнать ту же лисицу, за которой я в такую погоду и выбрался в лес практически невозможно.

Шустрый и хитрый зверь, но не всегда осторожный.

Вот и сейчас я уже заприметил рыжего зверя, неспешным шагом движущегося куда-то в сторону озера. Красивый, статный. Шкурка такого будет стоить хороших денег… Было ли мне жаль всех тех зверушек, которых за эти полгода я убил? В какой-то мере. Но ведь я занимался этим не ради забавы – иных доступных способов относительно быстро заработать для этой местности не было, ведь я ничего, по сути, не умел…

Лис резко замер и вперил в меня свой взгляд.

Пора.

Превращаюсь в стремительный воздушный поток и мигом настигаю отчаянно молотящего лапами по снегу в тщетной попытке сбежать зверя, материализуясь прямо у него на пути. Лис попытался проскользнуть мимо, но я крепко прижал его к земле коленом, свободной рукой ухватив его за пасть. Резкое движение – и на белоснежный снег брызгает кровь. Аккуратный вертикальный разрез практически не попортил шкуру, так что к моей сегодняшней коллекции добавилась четвёртая лиса.

Неплохо? Неплохо, ведь за одну хорошую шкурку лисицы мне полагалось пять ногат, из которых одна отходила местному скорняку. Как оказалось, выделка шкур занятие не из простых, времени требует порядком, да и инструмент соответствующий нужен. И это не считая того, что обучение этому ремеслу может занять и десять, и пятнадцать лет, так что я предпочёл сдавать добычу опытному мастеру, получая спустя какое-то время качественно обработанные шкурки.

Я подобрал тушку лиса и вернулся к тому месту, в котором изменял форму на воздушную. Меховая шапка и сумка с тремя добытыми лисами как обычно лежали на снегу, дожидаясь, пока я разберусь с добычей. Подхватив шапку с земли, я привычным движением её отряхнул и нахлобучил на голову. Никакой практической ценности она не несла, но – подарок, носить, что называется, обязан, если не хочу обидеть семью Кира.