Акедия: Первый шаг. Том I.

Когда-то давно, когда Виктория была ещё маленькой девочкой, её родители, владетельные аристократы, отправили её в столичную академию магов. А через два месяца погибли, растерзанные горожанами в поднятом кем-то из противников Церкви Добродетелей восстании. И это именно тот город, в котором всё произошло. Малдш, родина Виктории, ставшей носительницей Греха.

Я сглотнул вставший в горле ком, попытавшись посмотреть на происходящее под другим углом. Если это месть… Нет. Даже месть не оправдывает массовых убийств.

Скольких виновных Виктория убила? А сколько невинных, в день восстания даже не вышедших из своих домов? Она стала куда большим злом, нежели те, кто убил её родителей.

Но если бы подобное случилось со мной… Совсем не факт, что я не поступил бы так же.

Перед глазами продолжалось сражение – паладины каким-то образом бегали по воздуху, с разных сторон наседая на Викторию, а та отвечала шквальным огнём из арбалета. Правда, стреляла она не совсем из него – огненные стрелы формировались в алых печатях, хаотично появляющихся вокруг девушки.

При этом она всё равно наводила своё оружие на противников, и вряд ли Виктория делала это лишь для вида.

- В каком-то смысле ты, Корт, уникален – из-за твоей преждевременной смерти мне пришлось преобразовать Вечный Сон в тело мана-голема, так что ты, по сути, сейчас безоружен. Но при этом нельзя отрицать, что в сравнении с другими Пользователями, только обрётшими могущество Греха, ты обладаешь большей силой. Помимо этого, слуги Добродетелей не смогут опознать тебя по присутствию характерного оружия, что тоже важно.

Меньше внимания к твоей персоне – больше шансов дожить до момента, когда стычка с самими Добродетелями не обернется неизбежной смертью…

Акедия всё говорила и говорила, а Виктория тем временем начала сдавать. Она атаковала уже не столь часто, а глубокая рана на предплечье ясно говорила о том, что одному из мечников удалось её достать. При этом сами паладины едва ли выглядели потрёпанными – огненных стрел было много, но пробить барьеры воинов они не могли.

Если бы я не знал, что Виктория умрёт в этой схватке, то можно было бы предположить, что у неё есть какой-то козырь в рукаве, но…

Объятый синим светом полуторный клинок, брошенный сильной рукой, вгрызся в грудь девушки, пробив ту насквозь. Перед этим второй паладин использовал какое-то заклятье, зафиксировав Викторию на месте, так что шансов увернуться у неё не было никаких.