Наследник проклятого дара

И все население оборотней стали волками и сейчас в дыбящимися холками ждали только клича Всеслава чтобы кинуться в самоубийственную атаку.

Не такую великую охоту я хотел предложить волкам.

— Мальтус. Зачем я вам?

— Последний Архат! Выбери. Ты идёшь со мной или я убиваю всех кого ты видел хотя бы издали! И ты сам встанешь на путь Пожирателя. Итог будет один, разные пути, выбирай, Архат!

Глава 17: Давай оставим его на потом?

Как было в той книге, "И показывает Ему все царства мира и всю славу их, и говорит Ему: всё это дам тебе, если, пав, преклонишься мне", так вроде?

Если же нет, всех убью, если не поклонишься? В тему событий прям.

Мой выбор сделан уже давно. В тот день, когда я вышел против Тёмкина. Именно тогда было принято решение, что правила, по которым я буду жить в этом мире, устанавливать буду только я сам.

— Мальтус, — в моей руке появляется Нарезатель, — не в твоей власти ограничивать мой выбор. Ты раб, а я нет. Самое время бежать тебе к своему господину. Я ведь убью тебя, в любом случае!

Я собираю в кулаке всю мощь своей магии, повторяя трюк, который использовал в дуэли против Антона Мещерского и моя рука окутывается тьмой.

— Ваше сиятельство, ну как же так? — издевательским тоном тянет Мальтус, — может, всё таки, станешь, хотя бы, князем сначала? Все ведь умрут скоро. Я их убью, а ты помрешь несчастным глупым сиятельством, — уголки его губ растягиваются в улыбке, — самому не жалко так подыхать? Нет? Ну что ж, тогда начнём битву! — радостно скалится инквизитор.

Время разговоров закончилось. Я не буду ему отвечать, потому что я уже ответил, но не ему. Теперь, я готов к драке.

Он думает, что знает меня. Но я это не то, что было в моей жизни. Это всего лишь события, которые происходили со мной, но также, их могло и не быть. Я это я. У меня есть принципы. И главный из них - не предавать.

Моя сила не в огне и стали, а в воле и разуме. Кулаки, оружие, магия - всего лишь инструмент.

Я смотрю на свое запястье и вижу, как на нём появляется татуировка. Две параллельные волнистые линии. Плата за помощь.

— Сехмет, он твой, — вслух даю отмашку львице.

— Что? — спрашивает Мальтус, и, тут же, понимает, что я имел ввиду.

Львица впивается ему в спину и начинает терзать её, пытаясь пробиться сквозь защиту. У неё не получится, я знаю, но я использую это, так необходимое мгновение для выполнения плана по выдворению мерзости с моей земли.