Наследник проклятого дара

Главное правило - не навреди. Лучше я отдам Сехмет свою собственную энергию, когда здесь всё немного уляжется.

Чем дольше я тяну энергию из разлома тем он становится меньше. Я уже вижу, как он совсем скоро исчезнет. Но совершенно внезапно, энергия прекращает впитываться в Нарезатель, а рука начинает неметь. Неужели он уже заполнился до конца?

Я собираюсь убрать клинок, но он не исчезает, а онемение уже начинает заходить на плечо. Я наблюдаю, как рука окутывается тьмой и серыми нитями, словно паутиной. Это точно не по плану.

Что, если это какая-нибудь мерзкая и отравленная энергия?

Разлом начинает обратно увеличиваться. Чёрт подери! Выхода нет. Я поднимаю вторую руку и тяну энергию напрямую в себя. Это происходит очень тяжело. Я будто пытаюсь тянуть машину, схватившись одной рукой за трос.

Рычу, но вижу, что результат есть. Разлом снова уменьшается. Бросаю взгляд на вторую руку. Её также постепенно заполняет черно-серая паутина. Уже обе руки немеют и я чувствую, что не могу держать их поднятыми.

Сажусь на корточки, а потом и вовсе гусиным шагом подбираюсь к самому краю, ложусь на пол и свесив руки с обрыва, продолжаю тянуть энергию разлома.

Чувствую, что онемение уже идёт по груди.

На меня наваливается тяжесть, тяжело дышать,тяжело держать глаза открытыми, тяжело поднять голову. Я просто тяну и тяну. И наградой мне становится яркая вспышка, а затем, короткий глухой хлопок.

Я больше не чувствую поступления энергии. Но и пошевелится тоже не могу. А ещё ,ставшие невероятно тяжелыми руки тянут меня вниз.

Я нащупываю свою связь с Сехмет и тянусь по этой ниточке. Она жива, но не отвечает мне. Тогда, я зачерпываю в себе энергию, как можно больше, и отправляю ей. Надеюсь, я не опоздал.

Это действие забирает все мои силы. Я сползаю с края всё сильнее и сильнее, не в состоянии что-то сделать. А потом чувствую легкость, кое-как успеваю приоткрыть один глаз и вижу быстро приближающуюся землю, усыпанную кирпичами.

Глава 8. Лучшим вариантом будет переманить Архата на нашу сторону!

Не опять, а снова.

Белая палата, к рукам и груди подключены датчики. Слышу пищание непонятного медицинского прибора, который стоит справа. Во рту всё пересохло. Вижу под рукой красную кнопку. Тянусь к ней и нажимаю до щелчка.

Меньше чем через полминуты в палату забегает медсестра.

— Вы очнулись, — констатирует очевидное, — жалобы? Вопросы?

— Пить, — тяну осипшим голосом.

Она подходит к кулеру, который стоит у двери, наполняет стаканчик и подает его мне.