Транспортное кольцо

Но где здесь измена? Он бежал потому, что его не хотели слушать! Он бежал от несправедливости. Каково слышать подобные обвинения тому, кто рисковал жизнью ради спасения целого народа? И даже двух разных народов, что теперь пытаются жить и бороться вместе! Почему же его обвиняют во всех смертных грехах? Не потому ли только, что он перешел кому-то дорогу?Теперь заволновались боярские ряды. Особенно возмущался, фыркая и вскрикивая, Малюта. Князь жестом остановил волнение. Филарет продолжил:— Вы же видите: он сам пришел на суд, как до этого сам вернулся к нашим стенам, когда Кремлю грозила опасность.

Он не скрывался, не бежал — он пришел, чтобы биться с нами!- Он сам привел дружину к Кремлю! — выкрикнул Данила, стоявший в первом ряду участников Вече. — Он прислал нам послание, без этого мы просто не успели бы!- Именно он разомкнул Кольцо, снял блокаду и дал нам еще один шанс на выживание, — сказал Филарет. — Не все из вас это знают, как не знают и многого другого. Как же вы можете судить его?На этот раз в людском гомоне послышалась растерянность. - Как же ты предлагаешь судить его, отче? — с почтением спросил князь. — Как ни крути — обе стороны в чем-то правы.- Может быть, «полем»? — насмешливо выкрикнул Малюта. — Ты готов выйти на «Божий суд», отче?!Бояре расхохотались. Засмеялись и в толпе, представив, как старец выходит биться за интересы изменника. «Божий суд», он же «поле» — вещь страшная, это не языком чесать.- А что же, — неожиданно серьезно сказал отец Филарет. — «Божий суд»? Пусть будет так. Бог справедливее толпы. Согласен ли ты, княже?Филарет посмотрел на князя. Тот задумался ненадолго, сказал, чуть прищурившись:— А пусть решит Вече! Не зря же оно здесь собралось!- Согласно ли Вече — решить дело «полем»? — крикнул дьяк Судебного приказа.- Согласно! — заволновалась толпа.- Поле!- Божий суд!- Это по справедливости!— Да будет так! — торжественно провозгласил советник.Старец перевел взгляд на Книжника.Тот был бледен. Он не мог поверить, что отец Филарет так с ним поступит, подведет его к этой черте. «Поле» — это не словесная перепалка. Это настоящая схватка. В которой обвинение наверняка подготовилось лучше. Он, Книжник, воин никудышный, и коли выставят против него крепкого опричника, привыкшего к хорошей драке, да владеющего тайными приемами — его дело труба. Если, конечно, за него не вступится кто-то. Может, Данила?- «Поле» так «поле», — усмехнулся опричник. И сделал знак кому-то позади себя.