Транспортное кольцо

Перед ним шагов на триста простирался пустырь — пространство, расчищенное кремлевскими от следов давних и недавних битв. Делалось это не из эстетических соображений, а для лучшего контроля за территорией, примыкавшей к крепостным стенам, чтобы обзор с башен увеличить, да уменьшить возможности для всякой нечисти прятаться вблизи Кремля. Так что еще сотню шагов можно было сделать в духе горделивого изгнанника. А потом все, шабаш. В руинах древних зданий у границы пустыря шансы погибнуть на ровном месте возрастают в геометрической прогрессии.

Но скорее всего, ему не удастся дойти даже дотуда — слишком открыто и вызывающе он идет, слишком потерянный у него вид, и само его существо сейчас наполнено разрушающим чувством.Это называется «поведением жертвы». Мутанты чуют подобное за километры. Книжник осознал это внезапно, остановившись перед высоким завалом из трухлявого кирпича. Огляделся, словно не понимал, где находится, рефлекторно поправил на плече матерчатую суму.Он не успел толком собраться и взял с собой лишь самое необходимое. На этот раз никто не гнал семинариста из Кремля, он уходил добровольно - по крайней мере, так могло показаться. Острое ощущение опасности заставило Книжника спешно покинуть родимые стены. Может, опасность действительно была, и он мог сгинуть, не дойдя до ворот — слишком уж хотели некоторые выведать у него заветное «заговорное слово». А может, он гнал себя сам, свыкшись к участью изгоя.Сейчас не было времени копаться в себе. Последнее, что стоит делать в такой ситуации — предаваться отчаянию. Страх убивает быстрее реальной угрозы, он приманка для хищников, чувствующих пугливое существо за сотни шагов. Страх сам создает себе монстров, не менее реальных, чем те, что подстерегают тебя в древних руинах.И тем более нельзя расслабляться, зная, что в твоих руках жизнь друга. Он ждет твоей помощи, и именно ради него ты отказался от борьбы за свое честное имя.Было еще кое-что, заставлявшее двигаться вперед.Предчувствие большой беды.Книжник вгляделся в темноту, поправил на плече арбалет — ему удалось взять с собой привычное оружие, хоть опричники и противились этому. Они считали изгнание смертным приговором и не желали давать приговоренному хоть какие-то шансы на выживание. Уже у самых ворот Данила тайком сунул ему в руки сохраненный им арбалет и колчан с увесистыми болтами.С оружием в руках всегда чувствуешь себя увереннее. Но иногда эта уверенность ложная. Даже матерые ратники редко совершают вылазки за пределы кремлевских стен в одиночку.