Дождливый лес

А потом мы сделали то, что не удавалось никому из наших врагов: зажгли драккар и молча ждали, пока он сгорит и уйдет на дно, унося наших товарищей в Валгаллу.

Нас больше ничего не держало на этой земле, и мы отправились в путь. Выбирать направление не пришлось: везде вода, так что дорога оставалась одна — на юг!

Впрочем, никакой дороги не было, идти предстояло через заснеженные горы, поросшие жидкой растительностью. Мы сняли шлемы и кольчуги и надели на себя всю одежду, что у каждого хранилась в его заплечном мешке — в горах не спрятаться от мороза, а путь предстоял неблизкий.

Клин шел впереди. Он не оглядывался и ни с кем не разговаривал, даже со мной. Отец и правда ему рассказал про землю за горами или Клин все придумал? Эта мысль, похоже, посещала не только меня, бойцы хмуро обменивались взглядами. И если мы в ближайшие пару дней не спустимся с гор — быть беде: наши запасы муки уже закончились, а живности, которую удавалось подстрелить в горах, не хватало, чтобы прокормить наш большой отряд.

И вот нам повезло: плавно махая огромными крыльями, в небе появился крупный орел.

Он летел низко, потому как нес в когтях добычу, горного козла. Несколько человек тут же натянули тетиву своих луков, и в орла полетели стрелы. Одна попала в козла, тот дернулся, а орел, громко крикнув, выпустил добычу и улетел.

В этот день мы впервые за много дней смогли поесть горячего мяса. А впереди наткнулись на пещеру, которая, судя по разбросанным вокруг свежим костям, была обитаема.

Навстречу нам вышел старик в лохмотьях с косматой бородой и длинными седыми волосами, на плече у него сидел огромный орел!

Глаза у старика казались совершенно безумными и от него исходил ужасный запах.

— Я Клин, конунг Гардхейма, — сказал брат. Он снял с руки латунный браслет и протянул старику. — Кто ты?

Старик взял браслет и испуганно улыбнулся, обнажив рот с редкими черными зубами.

— Говори, — спокойно сказал Клин. — Иначе я приму твое молчание за неуважение к гостю.

Похоже, что тот просто не умел говорить. Или не знал нашего языка.

Но он принял подарок брата, значит должен ответить тем же.

— У меня ничего нет, — наконец, шепелявя и заикаясь, произнес он. — Только орел. Но я не могу его отдать, без него я умру.

— Да ты и так сейчас умрешь, — весело крикнул кто-то из бойцов, и все засмеялись. Но Клин даже не обернулся.

— Кто ты? — повторил он свой вопрос.

— Я Ульф-нидинг… я здесь живу, — ответил старик. — А родом из Гардхейма. Но однажды мой сосед при всех назвал меня вором.