Антимаг его величества. Том III

Полковник рухнул на землю без чувств, а я, развернувшись, направился к своим людям. Рана на груди уже схватилась корочкой, а значит, через час от нее не останется и следа.

— Поздравляю, командир, — Логинов протянул мне рубашку и, наклонившись, прошептал: — Твой фокус с магией крови почти никто не заметил, разве что только Распутин, но, судя по реакции, его это не удивило.

— Спасибо, — я кивнул. — Ладно, пошли в палатку, мне надо будет переодеться, и после пойдем разбираться со штурмовиками.

***

Император смотрел на уходящего Мечникова и думал о том, что парень серьезно прибавил в силе. Кажется, прошло всего ничего, а он легко уже валит магистров, пусть полковник и слабый боец, но все же.

— Мечников в своем репертуаре, — Распутин усмехнулся. — Ну что, генерал, как тебе капитан?

— Хорош, — Ермолов серьезно кивнул. — Парень уже доказал свою силу позавчера ночью, когда помог моим бойцам добраться до первой линии почти без потерь. Эх, мне бы такого бойца на постоянной основе, и я бы горы свернул.

Государь, может, все же уговоришь парня связать свою судьбу с армией? С его талантами он через несколько лет и правда генералом станет, а потом, чем черт не шутит, может, и княжескую корону примерить сможет.

— Вряд ли, — Петр покачал головой. — Парень себе на уме, у него явно есть свои принципы, и он неукоснительно им следует. Однако даже если он не будет в армии свою пользу, парень уже принес. Его броня выше всяких похвал, Пожарский уже внедряет ее в армию, и через полгода сила наших войск будет на порядок выше.

— Главное, чтобы у нас были эти полгода, — Ермолов мрачно усмехнулся. — Я так понимаю, государь, эта война всего лишь ширма, не могли шведы за такой короткий срок настолько усилиться. И эти антимаги, что воюют на их стороне, они же откуда-то появились, как и кровососы.

— А это тема для отдельного разговора, князь, — император поморщился. — Ладно, немного развлеклись, теперь можно и за работу взяться.

Пойдемте, господа, надо обсудить наши дальнейшие действия.

***

Лазарет.

Час спустя.

Полковник Мышкин лежал на койке и тихо сатанел. То, как его отметелил этот мальчишка, разом уронило авторитет полковника, а значит, будут страдать и его дела. Полковник не зря терпел скверный характер Ермолова, князь не любил бумагомарательство, поэтому Мышкин спокойно делал деньги на всем, чем только можно.