Повесть утраченных лет. Часть первая.

Мне хотелось доверять ему, но такого повода ещё не возникло. Я по-прежнему не был уверен в том, что Таарин не отправил Паригате весточку о том, что я засел здесь. И эта навязчивая мысль сводила меня с ума.

- Ты удивлен моим доверием? – спросил я.

-Мы с вами никогда не состояли в близких отношениях, поэтому да, я удивлен. Представьте, - Таарин замолк, - представьте, что вы последние лет пять работаете с человеком, от которого ожидаете чего-от подлого…чего-то предательского, а затем, этот человек, ставший изгоем, сам вас навещает и просит помощи.

- Представил, - угасающим голосом произнёс я, хотя я и помыслить не мог, что Таарин опасался меня.

- Согласитесь, вы были бы удивлены не меньше.

- Моя жизнь больше не принадлежит мне, Таарин. Я всегда хотел свободы от титула советника, но сейчас я понимаю, что это никакая не свобода…а точнее,э это свобода, которой я не могу управлять. Выйди я на улицу, и меня тотчас же схватят люди Самьяриши. И на этот раз я точно буду казнён. Можно сказать, я буду убит дважды.

- Я разрешаю вам остаться, Дорака, - сказал Таарин и подал трубку, набитую курительными смесями. – К тому же, вы будете мне полезны.

Этот ребенок почувствовал власть надо мной и неотложно воспользовался собственным положением. А малыш неплох, подумал я с гордостью, хотя и понимал, что этот малыш рано или поздно доставит мне неприятности.

- Предлагаете мне должность личного советника?

- Да, вы будете моим личным советником, - сказал Таарин, распластав своё тело на диване.

Никак не ожидал подобного поведения от этого воспитанного и деликатного юноши, которого я наблюдал на каждом собрании совета. Однако, мне придется исполнить его желание, ибо иного выхода нет. Приняв всю плачевность ситуации, я поклонился Таарину и покорно произнёс:

- Если я могу рассчитывать на ваше покровительство, то вы можете рассчитывать и на мою преданность.

- Альмод! – прикрикнул Таарин, взывая, видимо, к своему слуге.

Из-за двери показался утончённо одетый мужчина лет двадцати пяти, лицо которого было сплошь изрезано глубокими рубцами.

Его оголённая черепушка и пышная рыжеватая борода вкупе с изуродованным лицом подсказывало мне о военном происхождении слуги. При этом, Альмод прихрамывал на одну ногу - видно, Таарин забрал бывшего виграна себе на службу. Немудренно, ведь те воины, что уже не могут нести службу, всегда остаются где-то на обочине жизни.

- Господин Альмод мастер своего дела, Дорака.