Повесть утраченных лет. Часть первая.

Если я попадусь, то первым делом он меня допросит, а затем - казнит за измену.

- Вы боитесь такого исхода?

- И да, и нет, - сказала Камала и, приподняв над головой бокал, испила из него. – Я чувствую страх, и это чувство очень противно мне. Меня всю перекручивает внутри, я не могу ни есть, ни спать. Только пить. И пить хочется до беспамятства. Ох, порой мне кажется, что лучше умереть, чем испытывать всё это день за днем.

- Настойки не помогают?

- Не так хорошо, как хотелось бы. Последнее время я часто думаю о Дораке и его жизни.

Этот везунчик, наверное, уже на пути в Пьярватинагару, где его с распростёртыми объятиями ждёт тот друг-чиновник…Дат, кажется. Он спасся, но оставил меня здесь. Интересно, мучает ли его совесть.

Я едва сдержался, дабы не закричать во весь голос. Слёзы показались из-за век, но я быстро смахнул их. Она не должна ничего узнать, повторял я себе снова и снова.

- Тебя это так тронуло? – спросила Камала, явно не ожидая от меня подобных эмоций.

- Я слишком сентиментальный, - ответил я, посчитав, что отрицать слёзы было бы глупо.

- Помнится мне, я выходила замуж за сына ремесленника. Его звали Тарака. Мне тогда было всего лишь шестнадцать, а ему уже двадцать четыре. Мой отец был категорически против - никому из верхов и их семей не дозволено вступать в браки с людьми из низших слоёв общества.

- Слыхал о подобном.

- К тому же, выйти замуж за такого же советника, как и мой отец, я не могла, ибо это запрещено. Парадокс, но таков закон.

- Я знаю об этом, - кивнул я.

- Когда отец окончательно убедился в моих намерениях, так сразу же доложил об этом Самьяриши и моего жениха повесили. Отец также заплатил за это, но меньшей кровью, - Камала замолчала и отвернулась. – Так, хватит! Не хочу об этом говорить.

- Не говорите. Мы можем сменить тему.

- Я не хочу об этом говорить, но одновременно, очень хочу выговориться.

- Я выслушаю вас в любом случае, советник Камала, - произнёс я, уже устав наполнять нам бокалы.

- Я так не хотела уходить из храма, - продолжила она.

– Но если бы я не ушла, то скорее всего погибла бы, как и моя сестра. Помню, Гантар без устали твердил, что моей сестре в любом случае не выбраться из храма, но я не верила. По итогу, всё произошло ровно так, как он и говорил. И сейчас я совершенно беззащитна перед властью Саятинагары, а это значит, что всякий, даже самый никчемный, советник может использовать меня в своих целях под угрозой сдать меня Паригате.