Повесть утраченных лет. Часть первая.

Не хотелось бы прожить единственную жизнь вот так – в страхе, что в любой момент твоё поместья навестят отряды Риши и уволокут в темницу. Хочется бросить всё и увидеть этот удивительный мир за пределами дворца во всей его красе, познать его. Возможно, мне и удастся когда-нибудь отправится в путешествие. Правда, это всего лишь мечты.

В пылу своих размышлений о свободе я незаметно выехал на тропу. Навстречу лениво катилась карета. Мне уже доводилось видеть её раньше и не раз, но только вспомнить всё никак не получалось – в голове бродили лишь смутные образы.

Кучер искоса взглянул на меня. Я окинул карету пристальным взглядом. Кучер остановил лошадей и снял своё шапку в знак почтения.

-Почему мы стоим? – раздался тонкий, до боли знакомый, голос из кареты. Я подобрался поближе к дверце. В окне показалось вытянутое мужское лицо, чуть ли не пробивающее стекло своим острым подбородком.

-Не верю своим грешным глазам! Дорака, это и впрямь ты! – произнёс Дат, поправляя на себе шёлковое одеяние.

– Ты держишь путь в Саятинагару? Подожди…так, давай я с тобой!

Дат вылетел из кареты и велел кучеру отвязать одну лошадь.

-Меня пригласили сюда на торжество по поводу избрание нового Риши.

- Обычно ты сторонился таких светских встреч, - рассмеялся Дат и по-дружески толкнул меня в плечо. – Я не забуду, как мы с тобой напились и сбежали со свадьбы Риши Чатурды через окно, потому что тебе было очень неловко танцевать с советницей Вайю. На мгновенье мне показалось, что ты даже стал терять сознание.

- Да, - с довольным лицом протянул Дорака, - и затем стражники пытались затащить нас обратно во дворец, но мы всё равно улизнули от них!

- Нет, я помню только, как ты запрятал в сваренную рыбу хлопушку и подал советнику Нипе. Я и сейчас без смеха не могу на него взглянуть – перед глазами его тупая физиономия.

-А чего мы как не родные, - вскричал Дат и спрыгнул с лошади. – Привязывай свою клячу к карете, а мы немного разгоним кровь в моей карете!

Я покорно послушался и залез в обитую кожей карету.

Авас, сын моего дорого друга, сидел напротив, нагло раскинул руки почти по всему дивану. По одному только взгляду можно понять, насколько самодовольный этот мальчишка. Самодовольный, но вот в глазах его искриться юношеское легкомыслие. Этот взгляд играл на моих нервах, будто на арфе. Он будто кричал о своём превосходстве как надо мной, так и над своим отцом. Не люблю я таких людей, независимо от возраста.