Эмиссар Амеронта

Брайд отправил Мериона Тревита за водой, понаблюдал как Тайлисс нарезает в котелок вяленое мясо и какие-то коренья, турнул Кэддока от мешка, где хранились сухари, и сел чуть поодаль от костровища.

День пролетел на удивление незаметно. А когда по лесу поползли сумерки, Тайлисс, до сего момента дремавшая у костра, вдруг встала и уставилась вперёд.

— Что такое? — Брайд тоже поднялся и подошёл к ней.

— Не знаю пока, — стрега не повернула головы, продолжая вглядываться в мутную дымку, окутывающую деревья. — Готовьтесь на всякий случай.

— Проклятье на нас какое что ли, — проворчал Кэддок, обнажая меч. — Ну ни одного спокойного рейда. Да что там, Тайлисс?!

Брайд вдруг обратил внимание на замершего чуть в стороне гранта. Тревит явно был очень напуган. Ну молодой — да, но уже не в первой переделке, и трусом он точно не был…

— Магия, — тихо сказала Тайлисс. — Я сейчас попробую знаки выставить…

— Почему — попробую? — также тихо спросил Кэддок, но стрега только нервно выдохнула и повела руками, призывая Силу.

Пульсацию магических потоков Брайд ощутил сразу же. Это не щит от оружия, это защита от той же магии, вот только защищённым себя он отчего-то не чувствовал. Не впервой стоять под охранными знаками, но нынче всё было иначе. Как? Брайд не смог бы объяснить. Иначе. Не так.

И бесновалась в нём Кровь, как-то яростнее обычного. Трясла тело крупной дрожью, призывая его ринуться в бой, уйти в рывок, нанести удар. Вот только никто вроде как и не нападал.

— Я не понимаю, — в голосе Тайлисс плеснулась явная тревога.

Брайд беспомощно оглядывался. Лес, сумерки, едва заметная тропка, спящие деревья. Никого. И кто-то. Или что-то, чего нельзя увидеть. Но если не увидеть — как противостоять? Сражаться?

— Морок? — он обернулся к Кэддоку, вспомнив, что тот как-то рассказывал о таком.

— Да Предел разбери, — оптимат тоже вглядывался в пустой с виду лес. — Не похоже вообще. Там туман был белый, тут и тумана нет.

— Не Морок, — процедила сквозь зубы Тайлисс. — Иное. Я не могу даже заглянуть в это…

Вроде мелькнула смутная тень слева. Брайд дёрнулся туда, но оказавшись после рывка у старого выворотня понял, что стоит один, сжимая какими-то ставшими вдруг вялыми пальцами рукоять меча. Кровь била в уши тяжёлым набатом. Она-то чуяла врага. Точно чуяла. Но вот подсказать где он не могла.

— Уходи! — заорала Тайлисс, и Брайд увидел как искажено напряжением её лицо.