Детство Безликой. Том первый.

Я теряла саму себя, нужно было испить крови, как пелось в песни, вкусить этот эликсир, чтобы заново ожить, почувствовать жизнь... Я ненавидела себя за это за то, на что мне придется пойти, лишь чтобы выжить. Знала, что Гвин сделает это, без проблем, лишь чтобы спасти меня, но то отвращение, которое я испытала, когда познала правду, не было сравнимо ни с чем иным. Испить кровь Гвин... Как... Порочно, грязно, неправильно... Я не хотела такого для себя и тем более, для Гвин.

- Тебе... Он что-то сделал с тобой, да? Я.

.. Не знаю, не знаю как... - Она не хотел этого, поскольку знала одну простую истину. Кровь является слишком опасной сущность, хранящей в себе слишком многое от своего владельца. Поэтому она почиталась Империей, поэтому ее превносили в жертву Мириану, отдавая частички собственной души в его руки. Волкодавы пили кровь ради силы, кровь Воронов была отравлена из-за их покровителя, змеиный яд смешивали с ней, чтобы проводить ритуалы и вызывать в людях раскаяние, многие ритуалы заставляли болеть саму душу, ведь в них использовалась кровь людей. Отдать свою кровь было тем же самым, что потерять рассудок, и подобное строго порицалось Ими, если это не было во имя спасения. Сейчас... Была именно такая ситуация, когда не было другого выбора. Мы обе это понимали, здесь не было иного пути, как бы не хотелось его увидеть. - Хорошо, хорошо... Давай вот так...

Гвин уложила меня себе на колени, опасливо оглядываясь, пытаясь понять, ушел ли медведь и в безопасности ли мы.

Его топот было сложно не услышать, но прямо сейчас, все стихло, дождь вновь стал дождем, а в вихрях ветра я наконец перестала слышать дикий вой, что сводил с ума и заставлял дрожать, еще сильнее преклоняясь перед песней. Ее руки нервно гладили меня, пытаясь успокоить, или же убрать мокрые волосы с лица, которые застелили маску, которую девушка поспешно сняла, подставляя мое дрожащее лицо плачущему небу. Я увидела над собой блеск клинка, к своей боли ощутила, как кровь расползается по бледной коже раскрытой руки Гвин. Мучительные секунды разрывали тело изнутри, я ощущала кровь так близко, заставляла тело сдерживать свои позывы, но в ответ испытывала ужасную боль, проникающую в самую суть моего сознания. Уже вскоре, Гвин поднесла к моим губам наполненную кровью ладонь, постепенно позволяя испивать кровь, следя лишь за тем, чтобы я не захлебнулась в своей жажде.