Осколки. Начало

Человек лежал неподвижно, лицом вниз, а из-под него по пыльному полу растекалась небольшая лужица темной крови.

Да уж недолго музыка играла…

Склонившись над телом, я осторожно коснулся его, в любую секунду готовый отскочить и вступить в бой. Но никто не собирался на меня нападать. Тогда я попробовал нащупать пульс – сердце не билось. Я осторожно перевернул мертвеца на спину.

Женщина. Молодая. С широко открытыми удивленными глазами. Никаких видимых ран я не обнаружил. Только тонкая струйка крови изо рта.

Если женщину убили, то и почему она даже не попыталась достать оружие? Может, какая-то болезнь?

Машинально я отстранился и вытер руки о штаны.

Выпрямившись, я еще раз осмотрел тело: неприметная походная одежда, легкая кольчуга под плащом, простой меч в кожаных ножнах, фляга и тощая поясная сумка. Незнакомка явно путешествовала налегке. Вот только это путешествие стало дня нее последним.

Осторожно переступив через лужу крови, я осмотрелся. Первое впечатление не обмануло – обычный подвал.

Разве что очень старый. Стены в саже, будто когда-то давно тут бушевал пожар. Выход один – обугленная лестница. Выглядела она не слишком надежно, но выбирать не приходилось.

Поставив ногу на первую ступеньку, я замер.

Что ждет наверху?

Немного поколебавшись, я вернулся в мертвой женщине и забрал меч. Ей он больше не понадобится, а мне, возможно, еще пригодится. Несмотря на то, что фехтовальщик из меня паршивый, вес оружия все же придавал уверенности.

Меч, конечно, не такой удобный, как Реквием, но и не превращает меня в кровожадного маньяка-убийцу.

Я еще раз взглянул на женщину, прислушиваясь к своим чувствам. Ничего. Какая-то пустота и… все. Увиденное в Дарремшире сделало меня таким черствым или это заслуга Реквиема? Как бы то ни было, сейчас не до самоанализа.

Вернувшись к лестнице, я начал подниматься. Ступеньки выдержали. Мне даже показалось, что они новее остального подвала, словно лестницу поставили уже после и немного обожгли сверху, чтобы сильно не выделялась.

Ковырнув обугленное дерево кончиком меча, я удовлетворенно улыбнулся – так и есть, она не прогорела.

Конспирация, однако…

Уперев лезвие меча в обгорелый люк, я толкнул его, в любой момент ожидая атаки. Ничего. Я прислушался. Кто-то негромко разговаривал в отдалении. Сложно сказать, сколько человек вели диалог, но точно больше трех.

Те самые паладины, о которых говорила Катерина? Хорошо, если так.