Ремесленник

– Что ж, давай проверим твою силу. Посмотри на меня и скажи, вру ли я.

– Как прикажете, повелитель, – она подняла на меня свои большие синие глаза.

– Мне более восьмисот лет, – я улыбнулся. – Ну как? Соврал?

– Эм-м-м… Нет? – неуверенно прошептала она. – Но разве это возможно?

– Ты мне скажи. Ты ведь у нас специалист по лжи, – я коварно похихикал.

– Вы сказали правду, – она сама не верила своим словам.

– Допустим. Давай дальше. Я обожаю кабачки.

– Это ложь, – едва успел договорить, как она вывела меня на чистую воду.

– Верно, я их ненавижу. Давай что-нибудь посложнее… – я ненадолго замолчал. – Ты не интересуешь меня как девушка.

– Вы соврали, – возможно, мне показалось, но она была довольна ответом.

– Интересно. Очень даже интересно. На самом деле я сказал правду, но если добавить в уравнение гормоны и всю эту физиологическую чушь, то в моих словах можно найти лукавство.

– Как и говорила, я не умею определять процент лжи, повелитель, – оправдалась Сэн.

– Ясненько. Давай теперь ты.

– Как вам будет угодно, – она задумалась. – Всю жизнь я прожила в Двугорске.

– Забавно. Я не вижу признаков лжи, но это нелогично. У вас нет бюро по делам рабов. Да и интернатов, скорее всего, тоже нет. Но всё-таки я скажу, что это правда.

– Верно. Интернат у нас есть, а меня зарегистрировала выездная комиссия, – снисходительно ответила Сэн.

– Давай ещё.

– Я девственница, – с ходу выдала она.

– Оу… А вот тут сложнее. Вновь не вижу признаков лжи, но этого просто не может быть. Если бы ты была девой, тебя бы продали в десять, а то и в пятьдесят раз дороже. Говорю: нет. Ты соврала.

– И вновь вы правы, повелитель.

– Получается, ты умеешь обманывать, – я почесал подбородок. – Неплохой навык.

– На самом деле у меня было пятьсот семнадцать партнёров.

– Ага… Стоп! Чего?! Сколько-сколько?! – я аж опешил от этого заявления. – Даже не хочу знать, правда это или нет…

– Повелитель, вы позволите задать вопрос? – после недолгой паузы, спросила она.

– Конечно.

– А в чём, по-вашему, разница между девушкой, у которой было пять или пятьсот партнёров? – на её лице вновь не было эмоций, что слегка напрягало.

– Тут проблема по части психологии. Если девушка добровольно продаёт своё тело, потому что другая работа ей кажется неподходящей, то это одно. Девушки с такой позицией, мягко говоря, не ценятся обществом. С невольницей, вроде тебя, всё сложнее.