Последнее сказание (*10 иллюстраций)

– бесцветно обратился Токаява.

– Сосед? Разве прошлый переехал? – ответила женщина, не открывая двери.

Токаяве показалось, что ослышался. «Бывший сосед» застыл, глупо глядя сквозь прутья решётки на тот мир, который почему–то не желал его впускать.

– Куда я переехал? Уезжал я просто… надолго. Вот вернулся. Никуда я не переезжал!

– Ладно. Разбирайтесь сами. Я сейчас, сейчас, – тихо пробурчала соседка, покорно шелестя ключами. Едва открыв общую дверь, она тут же исчезла за своей.

Токаява накинул на плечи рюкзак, перешагнул порог и снова завозился со своими ключами, покоряя второй замок.

Ключ от своей двери… НЕ ПОДОШЁЛ!

– Да что за чёрт?! – Токаява, испробовав все попытки войти в дом, замолотил в дверь, как боксёр по груше. – Открывайте!!!

За дверью послышалась возня. Толстый мужик поперёк себя шире возник на пороге, заслонив собой проход. Почёсывая пузо, толстяк недовольно обронил, лениво двигая мясистым подбородком:

– Слышь, ты куда ломишься? Мне что мусоров позвать?! Или сам макушку под табуретку подставишь?

– Так стоп.

Вы что-то путаете, – выдавил Токаява, в сумбуре мыслей пытаясь подобрать так необходимые запропастившиеся слова. – Понимаете, это моя квартира. И я не могу понять, что вы тут делаете.

– ЧЕГО?! – рявкнула бульдогом туша под центнер весом.

– Моя квартира, – снова повторил обрусевший японец, ощущая, как попадает в ступор, странный транс осознания.

Вроде произошло что-то ужасное. Но почему? Кто допустил?

– Слышь, деревня, говна объелся? – обратился новый хозяин квартиры как барин как к нищему, просящему милостыню. – Какая твоя? Привиделось что ли?

Лжехозяин сделал столь быстрый вывод, окидывая прикид Токаявы: старая выцветшая кепка, потёртый рюкзак, стоптанные походные ботинки, застиранные штаны, свитер в катышках.

Ну, точно, нищий милостыню пришёл простить и гонит пургу.

– Я ниоткуда не рухнул, – ощущая в себе поднимающуюся бурю гнева, всё же тихо ответил Токаява. – Я Токаява Кебоши. Настоящий хозяин этой квартиры… – добавил лесной пришелец, припоминая, что документы на квартиру как раз остались в квартире.

То есть все красивые бумажки из лучшей бумаги остались за порогом, пройти за который мешало «это» в дверном проёме.