Кач искажённого мировоззрения

 

- Сработало! 

По всему камню разгораются золотые огоньки, я продолжаю держать, капающую кровью ладонь и огни разгораются сильнее. Я оглядываюсь по сторонам, но ничего не вижу сквозь огонь, зато понимаю, что время идёт, а лишайники меня окружают. И со жнецом от них не уйти. 

- Скорее, скорее! – Стиснув зубы, выжимаю из ладони кровь.

Последняя вспышка золотого света и алтарь начинает поворачиваться вокруг своей оси. Он ползёт так медленно, что меня начинает трясти, ведь лишайник всё ближе.

И тут я замечаю, как за моей спиной с двух сторон одновременно выползают два шевелящихся ковра. Они ползут медленно, но им осталось несколько метров, чтобы сомкнуться, а алтарь всё никак не развернётся. 

Я уже вижу, что с обратной стороны такой же рукомойник и мне становится страшно. Сколько ещё тебя будить?

Азырь поднял веки!

Загорается надпись перед глазами и в рукомойник падает золотистая шкатулка. Хватаю шкатулку. Но прохода уже нет. Я окружён.

- Милый рюкзак, гореть нам с тобой в аду, но тебе проще, ты из огнестойкой ткани.

– Щёлкнул я лямками, оценивая своё положение.

Справа и слева земля уже догорала, за бликами огня плотоядное шевеление лишайников лишало всякой надежды вырваться из окружения. Мне казалось, что я слышу впереди голодное урчание травы, занявшей тридцатиметровую полосу. 

Упёрся спиной в алтарь, сжался, как перепуганная улитка и слизь пускаю. Тьфу, противно, возьми себя в руки. Даже сдохнуть можно по-разному.

Осталось пять бутылок горючей смеси.

Делаем себе коридор. Первая пошла, вторая, третья, четвёртая. На один лишайник 24 уровня мне потребовалось три бутылки, а только передо мной два таких и ещё четыре 20 уровня. Хрен вам, не на того облизываетесь! Выливаю на себя последнюю бутылку и влетаю в огонь.

На третьем шаге меня сбивают с ног, я качусь по ковру лишайника, но его нити меня не хватают, а пытаются оттолкнуть. Вскакиваю на ноги, падение выбило из меня задержанный выдох, и я делаю вдох. Огонь врывается через маску, сжигая двухнедельную бороду и баки.

В носу неприятно засвербело горелой шерстью. 

Пробежав две сотни метров, я понял, что оторвался от лишайника, и вокруг больше нет никаких врагов. Отправляю горящую броню в инвентарь (оригинальный способ пожаротушения, рекомендую), бросаю горстями пыль на ботинки, сброшенный с плеч рюкзак и сбиваю последнее пламя. 

И тут меня пробрало, расчихался на пять минут, с трудом поглядывая за обстановкой.