Небытие Ковен

Та, будучи ещё молодой кандидаткой и дочерью одного из шаманов Великой Орды, приехала на весенний праздник Цветения Степи, где сотни молодых и горячих парней состязались в верховой езде, владении оружием и охоте. 

   Нет, он не поразил тогда её своими умениями… Куда ему было! Пятнадцатилетний юнец, Зоррах, не имевший прозвища, лишь с единственной клановой татуировкой на плече, вообще без права вступать в Круг, с трепетом наблюдал за прекрасной орчанкой, спрятавшись за тюками с войлоком, что привезли на праздничную ярмарку купцы…

   Глядя сейчас на великолепное нагое тело ничуть не постаревшей Гудрун, Зоррах не мог поверить тому, что всю прошедшую ночь эта женщина отдавалась ему ярко и самозабвенно, так же, как и в первые, двадцать лет назад…

– Зор, хватит пялится! Я бы с удовольствием съела чего-нибудь!

   Орк скупо улыбнулся, надевая кожаную перевязь и застёгивая штаны.

– Потерпи… полчаса. Костёр разожги… женщина, – Суховей, не дожидаясь пущенного ему в голову увесистого сука, сгинул в густой зелени, по пути прихватив лук, что висел у входа в шалаш, наскоро сооружённый вчера в темноте.

   Вот уже две недели, как далеко позади остался многострадальный Варрагон. Северный тракт, переполненный в первые дни путешествия беженцами из окрестных селений, опустел. Дорога стала скучной и однообразной.

    Гудрун тряхнула головой, отодвигая картины недавнего прошлого и занялась костром, ничуть не утруждая себя одеждой.

Лишь клановая набедренная повязка, да серебряные кольца на лодыжках и запястьях… плевать, кому здесь рассматривать её, кроме верного Зорраха?

    Да… давненько не была дома непутёвая Гергудрун! Уже почти забылся вкус кобыльего молока и запах травяной подстилки. Как там мать, сёстры? Отец… плюнувший по древнему обычаю Орды в след, когда она покидала родную крепость с наставницей Керен…

    Неожиданно со стороны оврага раздалось приглушённое ржание.

Стреноженные с вечера кони, спрятанные по старой воинской привычке Зоррахом, исправно предупреждали о приближении к лагерю посторонних.

   Ведьма на минуту прикрыла глаза, прислушиваясь к лесу и вибрациям астрала. Брызнули во все стороны невидимые нити, сходившиеся на рунном средоточии между тяжёлых чаш налитой груди орчанки. По спине пробежал холодок нехорошего предчувствия. 

   Это не альвы...