Клинки Преддверья

— К нему предлагаю взять картопль в рясе, кашу и банку маринованных огруньков.

— Хорошо, — Коэн хлопнул бородача по плечу. — Действуй. И никому не отдавай наши покои.

Компания переместилась в полутемный угол, подальше от скальда и толпы восторженных слушателей. Тамбурины ускорились, флейта зазвучала тревожно — близились эпичные строки, посвященные Семиземельной битве. Коэн знал, что войска враждующих конунгов столкнулись в предгорьях Рунда, под неприступным Гурдагадом.

То, что происходило дальше, можно сравнить с осадой земной Трои. Отголоски этого сражения докатились в свое время до Познанских Полей.

Сдвинув два стола, экипаж «Мемфиса» расселся на простых дубовых скамьях. Дочь хозяина, русоволосая красавица, принесла свечи и грог. Сообщила, что горячая еда вместе с отваром готовятся. Удалилась.

Кьюсак взялся разливать грог по кружкам.

— Долго нам ждать? — спросила Лакоста.

— Пока он не выселит прежних жильцов, — буркнул Сдвиг.

Кьюсак присвистнул.

— Понимаешь язык Альянса?

— Он берсеркер, — напомнил Коэн. — Это его земля.

Сдвиг помрачнел.

Вскоре девушка подала баранину, картопль и остальное. Грог пили не все — добрая половина команды терпеливо дожидалась травяного отвара. Снова загремели кружки. Люди жадно набросились на еду. Меж тем, время неспешно ползло к полуночи. В окнах клубилась белесая муть — ветер поднял пургу.

Водостоки тянули грустную песню, вторившую флейте наемных музыкантов. Кто-то подбросил полено в очаг.

Тепло отвара приятно разливалось по жилам.

— Час поучительной истории, — решительно сказал Коэн и достал кости.

— Это еще что? — вскинулся берсеркер.

Кьюсак вздохнул. Вопросительно посмотрел на посредника. Тот кивнул. Дескать, объясняй.

— Всё просто, — сказал верхолаз. — Коэн бросает кубики. Кто проиграет — начинает рассказ.

Это история вашей жизни. Не всей. Мы интересуемся поворотными вехами. Событиями, превратившими вас в скитальцев. То, благодаря чему вы оказались на «Мемфисе».

Сдвиг задумался.

— Сложно, — озвучила общее мнение Лакоста.

— Отнюдь, — хмыкнул Коэн. — Соберитесь с мыслями. В душе вам известны все ответы. Кто играет?

Кьюсак замахал руками.

— Мою историю ты знаешь.