Кровь. Меч. Корона.

Обмен оскорблениями подходил к концу.

– Можешь передать Гибрухту, что я к нему приду и заберу своё! – крикнул Киган, развернулся и отправился назад к армии. Мы последовали за ним.

Мы ехали шагом, не оборачиваясь.

– Они не горят желанием драться, – сказал Чеслав.

– Ты тоже заметил? – спросил король. – Зато у меня кулаки чешутся.

– Может, удастся обойтись без драки? – спросил я.

– Это вряд ли, – ответил король. – Фивелл ап Мона — скользкий сукин сын, но в храбрости ему не откажешь. Будет драться, даже если останется один на один против нас всех.

– Значит, он дурак, – произнёс Чеслав.

Пока мы были на переговорах, наше войско выстроилось в стену щитов, перекрывая ложбину от края до края. Самое то для обороны, но нам было нужно атаковать. Киган и Чеслав остановились перед строем, а я спешился, увёл лошадь к остальным и встал в первый ряд.

– Ублюдки будут сражаться до последнего! – донесся до меня обрывок речи.

Видимо, король перед боем решил подбодрить солдат.

– Но мы будем драться за правое дело! – продолжил он.

Воины поддержали его нестройным гулом одобрения. Многим просто наскучила дорога, и они были готовы подраться хоть с толпой дьяволов. А другим хотелось отомстить за друзей и родичей, убитых в многочисленных приграничных стычках с северянами.

Я вытер вспотевшую ладонь о штанину и крепко схватил древко копья. Призрачный Жнец жаждал крови, и я чувствовал это так же ясно, как чувствовал падающие на лицо капли дождя, но всё же оставил его в ножнах. Его время ещё придёт, как только развалится вражеская стена щитов, и битва превратится в мелкие стычки.

Всю мою нервозность и страх как рукой сняло. На противоположной стороне ложбины строились гаэлы и я хищно осклабился.

Король обернулся, увидел вражеский строй, обнажил меч и указал клинком на них. Пришло время убивать.

Глава 19

«Ясень бури мечей

Сеял страх меж врагов

Нет ему равных

На пашнях войны.

Слава иль смерть,

Вот выбор его.»

– Песнь об Аргайле.

Шаг за шагом наша стена щитов продвигалась по узкой долине, медленно, но неумолимо.

Впереди ждали гаэлы, сжимая в руках копья и грохоча древками по щитам. Их вымазанные углём лица должны были вселять страх в наши сердца, но я видел лишь горстку дикарей.

– Ублюдки! – раздался голос из нашего строя.

– Кейлиогас! – донеслось в ответ.

Мы осыпали друг друга оскорблениями, которых не понимали, чтоб подбодрить себя. Это всегда работает. Идти в атаку молча слишком страшно для обычных людей.