Кровь. Меч. Корона.

– Оффа, – шепнул я и тихонько постучал в дверь. – Оффа, открой засов, забыли парашу вынести.

– До утра нюхайте, – ответил Оффа.

Я живо представил, как мои пальцы сжимаются на его шее.

– Оффа, открой, – продолжил я. – Ничего не случится, я вынесу и обратно зайду.

– Нет, нельзя.

– Да не узнает никто, перестань, – настаивал я. – Тут уже дышать нечем.

– Только быстро, – прошипел Оффа, а я скрестил пальцы на удачу.

Тихо скрипнул засов, я помолился всем святым и богам, толкнул дверь и бросился на Оффу. Я повалил его на землю, схватил за шею и душил до тех пор, пока не прошли последние предсмертные судороги.

Я до сих пор помню его удивлённые глаза. Я забрал его дубинку, затащил тело в землянку и запер снаружи дверь.

Стояла тёмная безлунная ночь, и я подумал, что именно в такие ночи просыпаются злые духи, а ведьмы выходят на охоту. В хижинах все мирно спали, свет горел только в доме вождя. Туда-то мне и надо.

Я подкрался к дому и заглянул через маленькое окошко. Внутри шла небольшая пирушка, вождь принимал гостей.

Гаэлы веселились, глядя, как Киган ап Конайлли, король без королевства, прислуживает за столом вместе с кухонными рабынями. Они его знали, это было видно. Ничем хорошим это не кончится, подумал я. Нужно что-то делать.

Я пробрался в соседний дом, подошёл к очагу и раздул тлеющие угли. Взял полено, и вдруг услышал шаги за спиной. Я обернулся с дубинкой наготове, и увидел гаэльскую девочку, смотрящую на меня.

– Тсс, – прошептал я, прислонив палец к губам.

Девочка похлопала ресницами, а я взял тлеющую головню и выскользнул из дома.

Пальцы нестерпимо жгло, но я старался не обращать внимания. Я сунул горящее полено в соломенную крышу дома вождя, подождал, пока пламя хоть немного разгорится, а затем обошёл дом с другой стороны, чтоб поджечь и там. Огонь побежал по сухой соломе красными язычками, и я улыбнулся. Давно пора было спалить эту деревню к чертям.

– Киган! – заорал я, надеясь, что он услышит меня. – Киган, бежим!

Я схватил горящую солому и бросил на другой дом.

– Пожар! – крикнул кто-то в деревне.

Люди стали выбегать из своих хижин, поднялся шум, и я расхохотался. Огонь с весёлым треском перекинулся на другие дома.

– Киган! – снова закричал я.

Он выбежал из дома вождя, радостно ухмыляясь. Я схватил его за рукав и оттащил в сторону.

– Твоих рук дело? – спросил он.

Я не ответил, это было и так понятно. Мы прокрались через деревню и побежали на юг. Зарево от пожара не исчезало до самого утра.