Тени Тёмного Ветра

   На ничтожно малое мгновение замешкавшись, и в душе буквально крича, взывая к своему богу, Феодосий нырнул в том месте, где видел четвёртого мужчину в последний раз.   Легче было окунуться в кипящее масло, право слово. Холодная вода тут же заставила всё его пухлое тело содрогнуться, выпуская из сжавшихся от спазма лёгких драгоценный воздух, левая нога вдруг стала словно бы чужой… В панике он зашарил где-то под собой руками, наткнулся на что-то твёрдое… Что? Не важно, что это! Схватившись непослушными пальцами за неизвестную и невидимую во тьме ледяной воды вещь, Феодосий рванулся к поверхности.

Стоило ему вынырнуть, как в лицо чуть не ударил поцарапанный нос лодки, а один из гребцов, находящийся в ней, схватил святого брата за плечи и потянул на себя.   – Та… кха!.. щи! – Чувствуя, как пальцы сами собой уже вот-вот разогнутся, юноша напряг все оставшиеся у него силы, пытаясь вытащить на свет божий то, что он с таким трудом пёр из самой глубины.   Как оказалось, это всё же был четвёртый из доброхотов – Феодосий умудрился схватить его за волосы. Понимая, что тучный прислужник скорее перевернёт лодку, чем окажется в ней, гребцы вытащили наполовину утопшего спасателя из воды и уложили на дно судёнышка, а самого святого брата просто вытянули как можно выше. Оказавшийся тут доселе молодой стражник, сменивший их на сразу обоих вёслах, шустро заработал, отчаянно согреваясь тяжким трудом.Долорра, продавщица столярных изделий   – Бабушка, как ты? Что с Ханной? Как так получилось?! – Причитающий Арман то поддерживал госпожу Милкову, мать своего отца, под локоть, то бросался к холодным бронзовым перилам моста. – Люди, туда, туда, скорее!   Долорра, оставленная и вовсе позабытая им на другой стороне моста, сцепила зубы от боли и обиды. Где-то в желудке словно завелось гнездо крыс, которые грызли её изнутри.   «Хоть бы не опозориться… Как же тошнит…»   Покачнувшись, она начала озираться по сторонам. Заприметив совсем близко какой-то узкий переулок, молодая женщина направилась в него. Дважды её чуть не сшибли торопящиеся к месту происшествия прохожие.   Едва оказавшись в зажатом между домами переулке, Долорра скорчилась за горкой мусора, занесённой небольшим слоем снега, а затем сунула два пальца в рот. Всё её нутро взбунтовалось и под оглушительный, – как ей тогда показалось, – характерный звук всё содержимое желудка ринулось наружу.