Тени Тёмного Ветра

На ногах у него обнаружились крепкие и, что главное, тёплые сапоги, которые пришлись впору Феодосию, а пробитую в паре мест куртку на себя надела Долорра. Хоть какая-то защита. Труп сбросили в люк, затем водрузили на него остатки стола и табуреты – оставалось надеяться, что если кто-то обнаружит туннель, то поднимет шум, прежде чем проникнет в их убежище.   Спали все с беспокойством, посменно сохраняя бдительность – от ночного дежурства освободили лишь Сакру, которой пришлось, наверное, хуже всех из их группы.

Помимо того, что требовалось напряжённо вслушиваться в звуки снаружи и из туннеля, бодрствующим приходилось экономно жечь факелы и свечи. Шепчущие тени, что скреблись всю ночь в дверь снаружи, словно пытаясь приобщиться к людскому теплу, были не в силах проникнуть в обжитый дом. Эту самую обжитость и надлежало поддерживать. Иногда прохаживаться по небольшому пространству землянки, стараясь никого не разбудить, поправлять одеяло на вздрагивающей во сне Сакре, вслушиваться в звуки, рождающиеся во мраке ночи.    Утро выдалось тяжёлым. Первым проснулся ребёнок – малютка негромким, но очень требовательным криком вырвала свою мать из объятий сна, а также заставила открыть глаза и остальных. За исключением разве что Феодосия. Полный храмовый прислужник лишь вздрогнул, так и не вырвавшись из омута усталости. Что и говорить, уж ему вчера пришлось несладко.   – Что делать будем? – Долорра с тоской посмотрела на единственный факел, который был зажжён уже под самое утро.   Ворохват порылся по карманам и в небольшой заплечной сумке, что чудом осталась при нём, обнаружил несколько сухарей и, что удивительно, нарезанные колечки колбасы. Право слово, его запасливость – или, скорее, неряшливость, – сослужила добрую службу. Скудные припасы разделил почти поровну – кусочков сухарей и колбасы Сакре досталось вдвое больше. Герда хотела было уступить ей и свою порцию, но женщина, что осторожно кормила грудью свою дочь, отрицательно качнула головой, упрямо поджав губы.   Святой брат проснулся где-то в середине обсуждения их дальнейшего пути. Что и говорить – никому из них не были известны масштабы ужасного события.